C R U S H
Baby I miss you and it's gotta be you~!
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

C R U S HПерейти на страницу: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | следующуюСледующая »


суббота, 2 июня 2018 г.
Тест: In You is My Peace |Collection| Itachi Uchiha|Naruto ### Теплый... bommiecu 07:41:39
­Тест: In You is My Peace |Collection|
Itachi Uchiha|Naruto


­­

###


Теплый весенний ветерок проникал сквозь приоткрытые седзи, занося из двора зеленые листья деревьев. Комната постепенно наполнялась весенним ароматом и солнечным утренним светом. Когда яркие лучи солнца достигли лица дремлющей на татами девушки, она поморщила носик и что-то недовольно промычала, пытаясь с головой укрыться одеялом. Но только она натянула его до затылка, как по пяткам скользнул ветерок, - пришлось одеяло сместить ниже. В итоге спустя десять минут бессмысленных попыток поспать подольше, девушка приняла поражение и открыла глаза. Первым, что она увидела, был деревянный потолок. Ушей достиг звук раздвигающихся седзи и приятный шум ветра; девушка повернула голову на бок, любящая улыбка осветила ее лицо.
- Доброе утро, Юкими, - сказал о н. Ее любимый мужчина и дорогой супруг.
- Доброе утро, Итачи, - улыбнулась она и попыталась сесть самостоятельно, но положение, в котором девушка находилась, требовало помощи со стороны. Быстро поставив поднос с завтраком на пол около татами, Итачи, сев около жены на колени, помог ей аккуратно приподняться. Ее округлый живот сразу привлек его внимание, и мужчина, действуя инстинктивно, положил на него свою широкую ладонь. Юкими, изумленно подняв брови, хихикнула и с улыбкой продолжала смотреть, как Итачи заботливо наглаживает ее живот. Его прикосновения дарили ей ласку, любовь и чувство полной защищенности.
- Позавтракаешь? - не убирая руки, спросил Учиха и другой пододвинул поднос.
Юкими знала, что супруг обо всем идеально позаботился, но все равно внимательно осмотрела поднос. Итачи же только снисходительно хмыкнул. Как девушка и думала, {censored} идеально: побольше риса с сырым яйцом, маринованных овощей и поменьше натто. Рядом стоял маленький чайничек, от которого исходил чудесный аромат свежесваренного зеленого чая. Юкими пожевала губы, думая, с чего бы начать. Тут по ее носику приходится безобидный щелчок. Девушка удивленно посмотрела на Итачи.
- Не теряйся в облаках. Завтракай скорее, пока все горячее, - закончив, мужчина наклонился к лицу супруги, оставил на ее щеке мягкий целомудренный поцелуй и, встав, вышел из комнаты, плотненько закрыв за собой седзи.
- Не теряюсь я, - под нос себе буркнула Юкими и подцепила палочками рис. Вкус оного был великолепен, и девушка счастливо замычала, благодаря своего супруга за его кулинарные способности. Сама-то Юкими яйцо с дыней перепутать способна, так что лишний раз она всегда хвалит Итачи за его умение вкусно готовить.
... После утренних процедур Юкими, несмотря на просьбу мужа отдыхать в комнате, все-таки вышла во двор. Тело совсем одеревенело, поэтому девушке захотелось размяться. Например, прогуляться по дому или лучше по улицам деревни. В последний раз такое удовольствие Юкими испытала неделю назад, но из-за несчастного случая - почувствовала недомогание - Итачи стал проявлять к ней чрезмерную опеку. Перечить ему девушка не могла - наверное, потому что когда смотрит ему в глаза, забывает обо всем на свете. А он, негодяй такой, пользуется этим в свое удовольствие. От одних воспоминаний лицо Юкими покрылось краснотой, и она замахала руками, лишь бы сбить возбуждение, мысленно сетуя на красавца-супруга.
- Юкими?
Странная закономерность: стоило ей лишь о нем подумать, как Итачи тут как тут. Между ними словно невидимая нить, которая передает каждому из них все, что происходит с любимым человеком. И Юкими была искренне благодарна этому.
Приобняв девушку за плечи, Учиха внимательно вгляделся ей в глаза.
- Хорошо себя чувствуешь?
- Да, - улыбнулась она, кладя поверх его правой руки свою ладонь и чуть сжимая его пальцы.
Юкими было приготовилась к нотации по поводу того, что ей необходим отдых, но Итачи снова ее удивил, предложив отдохнуть в семейном саду. Маленький зеленый уголок счастья и уединения, где раньше, еще до того, как стали супружеской парой, они часто бывали вместе.
... - А здесь ничего не изменилось, - тихо сказала девушка, оглядываясь по сторонам. Улыбнувшись, Итачи крепче прижал ее к себе, согревая теплом своего тела, и положил острый подбородок на макушку супруги.
Все те же коренастые деревья с густой яркой листвой, сквозь которую пробивались жаркие лучи солнца и голубизна неба. По-прежнему, это место казалось каким-то сказочным и прекрасным.
- Итачи? - позвала мужа девушка, сжав в своих ладонях его руку, лежащую у нее на коленях. Почему-то только сейчас Юкими обратила внимание на то, какая большая рука у ее супруга.
- Что такое? - он на секунду отстранился, чтобы взглянуть ей в глаза, и уместил голову на плече жены.
- Мы, правда, всю жизнь будем вместе?
Она не сомневалась в этом, но ей вдруг захотелось услышать это от любимого мужчины.
Вместо ответа Итачи осторожно высвободил одну руку, которую девушка сжимала на своих коленях, и нежно прикоснулся подушечками пальцев к ее щеке. Бережное касание горячим отпечатком отобразилось в сердце Юкими. Слегка надавив, Учиха заставил девушку взглянуть на себя и, не медля, поцеловал ее в губы. Чувственно, глубоко, с придыханием и мысленной клятвой. Он ощущал мягкость ее рта, податливость ее тела, и осознание, что эта прекраснейшая девушка принадлежит ему одному, приводило Итачи в восторг. Целуя ее, он думал лишь о том, как бы сделать так, чтобы никто другой не смотрел на нее влюбленными глазами, не прикасался к ее бархатной коже в надежде на взаимность, даже не думал о ней как о любимой женщине. Это нежное чуткое создание с детскими мечтами и характером влюбленной женщины наверняка превратит его в законченного ревнивца и собственника. Где-то на краю сознания Итачи понимал, что ради нее он будет готов пойти по головам, ради нее он станет тем мужчиной, которого она заслуживает - любящим, сильным и благородным.
Хотя последнее в чем-то трудно поддерживать, учитывая, что, пока Итачи целует свою супругу, мысли в его голове принимают далеко не благородный характер. Необходимо остановиться, ведь он не зверь - брать женщину прямо на голой земле. Оставив на ее губах последний короткий поцелуй, Итачи поднялся на ноги и протянул девушке руку. Та, все еще пребывая в прострации, непонимающе посмотрела на него.
- Что?.. - ее губы покалывало от нетерпения, и Юкими их облизнула. От этого взгляд Итачи стал еще более темным.
- Пожалуйста, идем, - в его голосе слышалась мольба и нетерпение. На уровне инстинктов понимая, из-за чего трепещет ее мужчина, Юкими вложила в его ладонь свои пальчики. Рывком Итачи заставил девушку вскочить и сразу упасть в свои объятия. Его руки легко подняли ее над землей, словно она ничего не весила.
- И-Итачи! - взволнованно воскликнула Юкими, обхватывая шею супруга своими руками, и замерла, когда ее ухо обдало жаром мужского дыхания.
- Я соскучился, - горячо прошептал Итачи, шагая в сторону их спальни.
... Сейчас, в эту самую секунду, когда она находится в его объятиях, Итачи ясно понимал одно: вот она - причина, чтобы он жил дальше, чтобы каждый день просыпался и думал о будущем. Женщина, ради которой бьется его сердце. В ней его счастье. В ней его покой.
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1121-207.html
Прoкoммeнтировaть
понедельник, 12 марта 2018 г.
Тест: •ТЕСТ: Новый персонаж мира KHR и его судьба в мире мафии... bommiecu 06:31:58
­Тест: •ТЕСТ: Новый персонаж мира KHR и его судьба в мире мафии ( мнения) •
Итальянка


Имя:
Мелоди Дэву

Возраст:
20

Национальность:
итальянка (поскольку отец был французом, имеет двойное гражданство и два родных языка)

Семья:
Вонгола. Племянница Девятого

Прозвище:
Чарующая серена

Профиль:
дипломат-переводчик­

Оружие:
скрипка

Пламя:
туман

Коробочка:
феникс

Перемещение в будущее:
перемещалась

Способности:
Сила— ниже среднего
Выносливость— средняя
Скорость— выше среднего
Интеллект— высокий
Особенности: звуковые иллюзии; способна преобразовать любые звуки (будь то капающая вода, шелест ветра, вибрация телефона и пр.) в иллюзию, но это уже высшая степень мастерства. В боях участвует крайне редко и только на дальней дистанции.

Личность:
Полиглот. Как истинный человек искусства, эрудированна и любознательна. Заядлый театрал и большой любитель мюзиклов. Редко удается встретить человека столь терпеливого и уравновешенного, как Мелоди. Девушка спокойна, не конфликтна, к тому же мудра не по годам, отчего никогда не любила спорить. Ей легче признать свою неправоту (даже если на деле права) и незримо направить ход размышлений оппонента в нужном девушке направлении, в следствии чего он сам признает свою ошибку, чем упрямо стоять на своем и что-то кому-то отчаянно доказывать. По натуре пацифист, отчего бывает слишком добра даже с теми, кто того не заслуживает. Очень ранима и порой сентиментальна. Мелоди крайне непросто вывести из себя, но возможно. В этом случае девушку можно сравнить с тяжелым паровозом: очень долго придется качегару растапливать печь, чтоб состав двинулся с места, но вот когда он наберет скорость, простым стоп-краном уже не отделаешься. В таком состоянии, как говорится, «пелена застилает глаза», девушка попросту себя не контролирует, полностью охваченная яростью. Из-за хлынувшего адреналина ее сила, как физическая, так и пламя, вырастает в разы, и Мелоди, истинная пацифистка, способна голыми руками отнять жизнь у ненавистного ей в те минуты человека. За все время это с ней случалось лишь однажды, когда Занзас захотел свергнуть Девятого, после чего был заморожен. Ненавидит свое прозвище.


ОТНОШЕНИЕ ГЕРОЕВ

Вонгола X

Савада Тсунаеши:
—Май нэйм из Савада Тсунаеши. Ай эм фром джапан,— говорит десятый босс Вонголы на очень ломанном английском. Вернее, пытается говорить. Признаться, когда Реборн заявил ему об очередном репетиторе, паренек вновь ожидал кого-то из ряда вон выходящего, типа самого мафиози, но к большому удивлению и радости мальчика ты оказалась тем редким адекватным персонажем, которого ему так не хватало все время. Плюс ко всему прочему, ты, несмотря на его никчемные способности к языкам, никогда не кричишь, не взрываешь, не высмеиваешь, а далеко напротив, только поддерживаешь и искренне стараешься помочь. «Она так добра ко мне, даже неловко как-то. Мне все время кажется, что я не достоин такого отношения…тем боле от такой как она». Всегда несколько смущается твоего присутствия, но в тоже время счастлив проводить с тобой время. Считает тебя кем-то вроде ангела или музы, искренне восхищен красотой твоей души, да и не только.

Гокудера Хаято:
—М-Мелоди,— еле выдавливает из себя твое имя, а после и вовсе цветом становится похож на вареного рака. —Знаешь, у меня последний тест тоже был неважный, может… ты и меня по английскому подтянишь? —Хаято, который признает, что у него что-то не получается? Хаято, который просит помощи? Да еще и от женщины?! Здесь что-то нечисто, не так ли? Парень влюблен до потери пульса, ты его и правда очаровала. Своей утонченностью, своей неповторимой грацией. При тебе (не то что в твою сторону) он и слова грубого сказать не в состоянии, даже если тупая корова снова его выбешивает. Для него ты, равно как и для Савады, нечто волшебное, такое хрупкое и эфирное, словно бы и вовсе не от этого мира. По мимо всего прочего считает тебя весьма неглупой девушкой и чуть ли не единственным человеком, с которым можно поболтать на взрослые и глубокие темы. Именно его любознательность и жажда знаний изначально побудили Гокудеру к общению с тобой, а после все произошло как-то само собой. На данный момент старательно скрывает свои чувства, что у него очень неплохо выходит. Правда, сестра с Реборном уже давно раскусили его маскировку, да и ты сама, признаться, начинаешь что-то подозревать. В тайне от всех пишет тебе письма, пытаясь выразить на бумаге все, что чувствует; вместо подписи ставит один из знаков, придуманного им самим языка.

Ямамото Такеши:
Вы дружите, несмотря на разницу в возрасте, что выглядит крайне странно. Рад видеть тебя на своих матчах, любит угощать суши собственного приготовления. Его отец неоднозначно поглядывает в вашу сторону; все же ему несколько странно, что его сын общается с такой серьезной и взрослой во всех смыслах девушкой, как ты, но все же он скорее рад этому, чем против. Такеши же проникся тебе дружеской симпатией с самого начала вашего знакомства, равно как и ты к нему. Считает тебя милой и веселой, чувствуя себя рыцарем в сияющих доспехах, когда ты рядом.

Бовино Ламбо (5 лет):
Он быстро просек фишку, что в твоем присутствии Гокудера ведет себя максимально сдержано, поэтому старается как можно чаще ошиваться по близости с твоей персоной. Воспринимает, как неизменного поставщика сладостей и свою подчиненную, что особенно бесит Хаято, а теленок этому только рад.
—Нья-ха-ха! Ламбо-сан велик! Немедленно подать ему сладкой ваты! —играет в императора всея мира.
Бовино Ламбо (15 лет):
—Вы уж простите мой детский нрав,— относится с особым почтением. Крайне смущен за свое поведение в детстве. Ты— его идеал женщины.

Сасагава Рехей:
Вы слишком разные и не имеете общих тем, чтобы поговорить. Считает тебя излишне серьезной, но красивой. Чем-то ты напоминаешь ему подругу сестры.

Хибари Кея:
«Любопытно. Вроде и травоядное, а не такое, как остальное стадо»,— несмотря на то, что считает тебя травоядным, признает как интересную личность. Вы вполне могли бы найти массу тем для разговора, но за неимением времени, да и случая нормально пообщаться, так ничего толком друг о друге не знаете. Пока. В будущем же Кея станет тебе верным другом и защитником. Из вас могла бы даже получиться неплохая пара, не будь ты на тот момент уже замужем за крайне влиятельным человеком.

Рокудо Мукуро:
Не понимает, как при таком потенциале к иллюзиям, можно так бездарно использовать свои способности. Ты была и остаешься единственной, кому удалось после подчинения полностью вернуть себе контроль над телом, что говорит о тебе, как об очень сильном иллюзионисте, однако на данном этапе твои иллюзии более чем посредственны. Если бы ты желала улучшить свои способности, он скорее всего не долго бы сопротивлялся уговорам стать твоим учителем, однако тебя никогда не интересовала сила или же мафия, ты желала спокойной жизни. Тем не менее, забегая вперед, отметим, что уже через пять лет ты изменишь свои приоритеты и с завидным мастерством дипломата освободишь мужчину из тюрьмы, дабы стать сильнее и защитить то, что тебе дорого.
—Кфу-фу-фу, милая Мелоди,— сладко растягивая слова, произносит иллюзионист,— ты, как всегда, слишком мягка. Когда-нибудь,— опаляя твои губы своим дыханием, тихо произносит Рокудо,— твое милосердие тебя погубит.
Он видит тебя насквозь. Все твои потаенные страхи, чувства и желания, с каким бы мастерством прирожденной аристократки ты бы не скрывала их. Порой, тебе кажется, Мукуро читает твои мыли, если не еще хуже: внушает тебе то, что хочет сам. Ты опасаешься, что это могут быть последствия былого подчинения. Что ж, возможно в том есть доля истины. Правда в том, что вы слишком близки с Мукуро, на каком-то не то духовном, не то душевном уровне. Тем не менее доверять ни один из вас другому не спешит.

Хроме:
Считает вас с Мукуро идеальной парой, отчего в тайне тебе завидует, хотя и рада, что вы нашли друг друга. Поскольку девушка является своего рода проводником души Рокудо, она ясно ощущает то, что чувствует к тебе он. И это невозможно описать словами. Такое чувство, что вы— две стороны одной медали, две половинки одного пазла, только вот одна белая, а другая черная. Кажется, что если бы жизнь сложилась иначе и твоя душа, так уж вышло бы, почернела так же, как его, а судьба Мукуро, напротив, сложилась бы такой же светлой и безоблачной, как твоя, вы бы просто поменялись ролями: ты была бы такой же, как он, а он таким же, как ты сейчас. Это правда не поддается человеческому объяснению. Словом, Хроме искренно верит, что вы созданы друг для друга, словно бы так решило само небо.

Вария

Скариани Занзас:
В детстве, как ни странно, вы толком и не общались, а после ты и вовсе уехала во Францию на ПМЖ, вернувшись лишь накануне воплощение его плана о революции. Тогда тебе было только 12, хотя ты всегда выглядела несколько старше своего фактического возраста, даже в детстве демонстрируя нечеловеческую стойкость к любого рода конфликтам. Выходка сводного кузена возмутила тебя до глубины души, и если бы не Скуало тогда, тебя скорее всего пристрелили за те слова, какими ты поливала босса Варии.
—Женщина,— зло рычит он тебе в лицо, грубо вжимая в стену,— еще раз посмеешь сбежать от меня, и я прикую тебя цепью к этой самой батарее, уяснила? —Сегодня же ты, благодаря мужчине, являешься негласным членом его отряда, хотя дозволения на это никто ни у CEDEF, ни у Девятого, ни тем более уж у тебя не спрашивал. Даже перед фактом не ставили, просто забрали в замок. Ты— его запретный плод, а как известно, именно такой и кажется самым сладким. Сегодня, когда Занзас знает, что вы не кровные родственники, ему уж точно ничто не мешает заполучить тебя. А тот факт, что ты ненавидишь его всем фибрами своей души даже придает нотку пикантности вашим отношениям. Словом, в Варии тебя все уже называют «невестой Занзаса», что крайне раздражает. Но все-таки кому, как не его подчиненным знать, что босс всегда получает то, что хочет.

Супербиа Скуало:
Именно ему ты обязана жизнью, хоть и не осознаешь данного факта до сих пор. Со Скуало вы учились в одной школе для отпрысков сильных мира сего, но правда только год (и то суммарно), хотя и его юному фехтовальщику хватило, чтобы проникнуться к тебе, если и не симпатией, то уважением. А какого у него было удивление, когда юноша узнал, что вы с Занзасом, его уже тогдашним чуть ли не кумиром, родственники. После этого Супербиа лишь пристальней стал наблюдать за твоей персоной (к тому моменту ты уже вернулась из Франции). И не без последствий. «Красиво,— он никогда в том не признается, но мечник всегда невольно заслушивался, когда ты пела. —Что это за язык? Французский? Похоже на то. Хотя, не важно». —Твой голос словно убаюкивал, успокаивал, даря твоему тайному слушателю странное ощущение некого блаженства и безмятежности. Кстати, Скуало остается единственным человеком, видевшем тебя в ярости. И он признает, это поистине ужасающее зрелище, во что окружающие, хорошо знающее твой бесконечно добрый и мягкий темперамент, верят с трудом. Именно он остановил тебя во время их нападения на замок Вонголы, чтобы ты не сунулась к кузену, который, понятное дело, не раздумывая, пристрелил бы тебя на месте. Именно благодаря Скуало ты осталась жива в тот день. И разумеется, спас он тебя далеко не по доброте душевной.
—Врой! Сколько можно нянчиться с этими вонголавскими детишками?! Давно от босса не прилетало?! Еще раз улизнешь, порежу! —Как уже стало понятно из его воплей, он влюблен в тебя, потому так и волнуется. Однако прекрасно отдает себе отчет в том, что с боссом ему не тягаться, да и подходит тебе Занзас куда больше, по крайней мере так считает сам Супербиа. О его чувствах ты никогда не узнаешь.

Каваллини Бельфегор:
Пожалуй, единственный, кто верит словам Скуало о твоем гневе. Потому как прекрасно понимает, что врать тому не к чему, да и если бы мужчина хотел бы это сделать, придумал бы что-нибудь по правдоподобнее. Принцу крайне любопытно увидеть тебя в ярости, в нем проснулся неутолимый азарт юного повесы, а от того Каваллини неустанно будет продолжать провоцировать тебя на ту вспышку агрессии, которую когда-то мог лицезреть капитан. Бельфегору приятно твое общество, ведь ты единственный представитель аристократии среди этого сброда. Если бы не Занзас, не упустил бы возможности попытать с тобой счастья, даже несмотря на разницу в возрасте. Считает красивой и далеко неглупой женщиной, а это, как известно адское сочетание, потому предпочитает держать с тобой ухо востро и не открывается полностью.
—Милые бранятся, ши-ши-ши,— не упускает возможность съерничать юный потрошитель. —Надеюсь, примирение не будет столь же шумным,— подобные сальные замечания он позволяет себе отпускать исключительно при отсутствии босса, и только чтобы позлить твою персону.

Луссуриа:
—Бедняжка,— обеспокоенно вздыхает. «Признаться, я боюсь за нее. Мелоди такая нежная, такая хрупкая. Порой мне кажется, босс ее целиком проглотит и не подавится. Нельзя ей здесь оставаться, ой нельзя». Искренне хочет тебе помочь, но боится. Случайно узнал о твоей влюбленности в какого-то парня из Японии, и, как сам понял, взаимной. Хочет узнать о нем больше: не столько из любопытства (хотя и не без этого), сколько из желания помочь. Думает как-то тайно от всех связаться с ним и обсудить твой план побега. Пусть на краю души и понимает, что от его босса тебе нигде не спрятаться, не скрыться, разве что на том свете.

Леви-а-Тан:
Твой личный охранник, что бесит. Но то, что мужчина не особо блещет интеллектом, тебе только на руку. Словом, благодаря этому тебе и удавалось сбегать все это время. Неистово хочет тебя. Мужчина одержим мыслью о ночи с тобой, но прекрасно понимает, что ему ничего не светит. Хотя все же тебе следует быть осторожней и не провоцировать лишний раз А-Тана, даже чтобы сбежать.

Гола Моска:
Теперь запрограммирован на твое пламя, благодаря чему отслеживает местонахождение его обладателя.

Аркобалено

Реборн:
«Занзас так просто ее не отпустит. Боюсь, даже Девятый тут мало чем может помочь»,— как ни странно, очень обеспокоен твоей судьбой. Учительского интереса к тебе нет, да и не предвидется он; мафиози считает тебе не место в мафии и рад, что ты это понимаешь. Тем не менее он не может не думать о тебе. Будучи отрадой Девятого, его названной дочкой, ты не можешь не представлять для Реборна ценность. Признаться, он и репетитором Савады попросил быть только для того, чтобы лишний раз приглядывать за тобой.
—Смотри, разбалуешь ведь,— без тени упрека говорит он, стоит только Тсуне покинуть комнату. Наблюдая за тобой, едва заметная улыбка трогает его губы, а привычно хитренькие глазки сменяются в своем выражении. В такие моменты Реборн перестает напоминать ребенка, несмотря ни на свой вид, ни даже на забавные наряды. Что-то однозначно меняется, причем словно в самой его природе. В самом взгляде появляется какая-то потаенная глубина, свойственная лишь человеку, прошедшему не один десяток лет, не одну, казалось бы, жизнь. Этот взгляд отдает очевидной взрослостью, мудростью, болью, припорошенной тенью легкой самоиронии, и…нежностью? Последнее никак не вклинивалось в общий перечень. Откуда ей взяться? «Как это получилось?»— иронично усмехаясь в собственных мыслях, думал аркоболено, обычно незримо наблюдавший за девушкой в твоем лице. «Мелоди Дэву. Твое имя -сама музыка. Пусть ты терпеть не можешь данное народом прозвище, оно тебе под стать. Чарующая Серена. Ты и правда чарующая, Мелоди. Посмотри на того же Гокудеру. И, хоть никто того не видит, но такая же коварная, как и серена из древнегреческих мифов. А я вижу, я знаю. И все равно опьяненный этим гипнотическим пеньем лечу прямиком на скалы. Ты погубишь ни одного мужчину, Мел. Хоть и сама того и не захочешь, и не заметишь».

Колонелло:
—Тебе стоит стать сильнее, кора! «А хотя стоит ли? С таким-то, как Занзас». Убежден, что ты невеста босса Варии. Признаться, ему не особо интересна данная история, поэтому и не углублялся в ее тонкости. Тебя считает слабой для мафии, но в отличие от Реборна не спешит сбрасывать со счетов.

Фонг:
—Ты сродни нежному зефиру,— умиротворенно говорит он, наблюдая за летящим по {censored},— но в тоже время способна разразиться истинной бурей. —Видит тебя насквозь. Должно быть, единственный, кто правда считает тебя по-настоящему сильным человеком. —Что есть сила? Она—спокойствие. Только воистину сильный человек способен совладать с сильнейшим врагом -своими эмоциями. Ты на верном пути, Мелоди, не измени ему. —Единственный, кто способен понять тебя лучше, чем ты сама. Ты бы очень хотела, чтобы этот аркобалено стал твоим учителем, на что он лишь отвечает «мне нечему тебя учить». Можешь понимать это, как комплимент.

Верде:
Слышал о тебе краем уха. Не интересуешь.

Череп:
Постоянно пытается выпендриться перед тобой, но у него все время не получается: то не выходит, то ты не замечаешь (не специально, понятное дело). Но Череп упрям и не отступится пока не увидит на твоем лице истинного восхищения его крутостью. Ну или пока не будет вырублен Реборном или тем же Колонелло. Чем-то ты его зацепила, так что теперь он от тебя так просто не отстанет.

Луче:
Вы могли бы поладить.

Ария:
Реборн упоминал о ней вскользь, но ты запомнила лишь имя, подумав, что когда-нибудь так назовешь свою дочь.

Мильфиоре

Джессо Бьякуран:
—Ну надо же,— странно протягивает Джессо, словно бы до конца не веря в произошедшее,— Гамме все же удалось одержать над тобой вверх? Признаться, я уже и не думал,— смерив капитана странным и каким-то двусмысленным взглядом, произнес он, будто бы зная о произошедшем на поле боя. Надеялся выпытать у тебя информацию о Вонголе, но твою персону успел вызволить Мукуро. Хотя, честно говоря, так до конца и непонятно, кому удалось кого вызволить: тебе Рокудо или же наоборот. Бьякуран тебя считает ценным кадром мафии, даже несмотря на твою очевидную физическую слабость перед большинством передовиков. Твоя проницательность и идейность могли бы очень помочь ему на пути к величию. Жаль, что ты на другой стороне.

Юни:
Эта девочка всех видит насквозь, и ты не исключение. Считает тебя хорошим человеком, но думает, что средства, которыми ты привыкла руководствоваться, тебе явно не подходят. Несмотря на то, что ты, казалось бы, была представителем противоборствующей семьи, всегда защищала и оправдывала твою персону, как обычно, мягко и ненавязчиво. Думает, из вас с Гаммой получилась бы красивая пара.

Гамма:
Вам довелось сразиться лишь однажды, но в самый ответственный момент тебя заволокло дымом и появилась другая ты из прошлого. К слову, ситуация оказалась несколько неловкой: он прижимал тебя к стволу дерева обрубленной половиной кия, по обе стороны находились изрядно потрепанные электрические лисы, которые вот-вот должны были исчезнуть, правда последних тебе даже не удалось заметить. Перед собой ты видела лишь лицо незнакомого доселе мужчины. В голове мелькнула было мысль о поцелуе, но ты тут же отбросила ее, по его внешнему виду и ландшафту понимая, что вы только что сражались (о перемещении во времени ты догадалась почти сходу, узнав знакомый розовый дым, и первым делом подумала о неисправности базуки десятилетия).
—И вновь «приятно познакомится»,— странным тоном протянул он, в наглую рассматривая тебя с головы до ног. В следующий миг его губы тронула сардоническая усмешка, словно бы мужчина что-то задумал; на долю секунды он в этот момент напомнил тебе Мукуро. Мгновение, и тебя уже страстно целуют, грубо вжимая в ствол дерева. Странные лисы тут же исчезли, сломанный кий пал к ногам пары. К своему большому удивлению ты ответила, мало отдавая себе отчет в собственных действиях. Этот поцелуй был преисполнен чувством и казался таким отчаянным, словно бы вы оба столь долго желали этого, но не смели себе позволить. А сейчас разом сорвали все былые маски. Ты не знала, сколько продлилось это наваждение, но незнакомец отрезвел от него первым:— Я знал,— едва слышно обронил он, довольно усмехаясь, но та усмешка ни на миг не показалась тебе какой-то насмешливой, а далеко напротив. Мужчина невесомо провел подушечками своих пальцев по твоему лицу, спускаясь прямиком к шее, и, нырнув пальцами в облако волос, вновь остановил затуманенный взгляд на губах, но сдержался в своем желании накрыть их вновь, вместо этого заглянув тебе в глаза. —Гамма. Мое имя.
Реборн был прав, утверждая, что ты погубишь ни одного мужчину. За эти десять лет ты неплохо научилась пользоваться своим обаянием, да еще и не в самых благородных целях. Ради успешного выполнения задания ты могла пойти на маленькую хитрость, тем более, учитывая тот факт, что ты никогда не была фронтовиком, эта «хитрость» воистину была твоим единственным оружием, да и защитой, собственно. Однако, в случае с Гаммой ты заигралась, опасно заигралась. Очаровав мафиози, как и многих до него, ты безнадежно влюбилась в его ухаживания, в его отношение к тебе. Признаться, он был первым мужчиной в твоей жизни, кто так открыто, но красиво и совершенно ненавязчиво признавался в своих чувствах. Он не говорил и слова любви, но все, что он делал, было громче и весомей всяких слов. Ты влюбилась впервые в жизни, будучи, к тому же, уже давно замужем за боссом Варии. И как вас обоих только угораздило? Вскоре он узнал о твоей лжи, возненавидел. Ты была рада этому; так было лучше для вас обоих. Но как назло, будучи даже в разных лагерях, вы виделись с непозволительной периодичностью часто. И каждый раз ваши схватки оканчивались ничьей. Кроме этой. Эта должна была стать решающей. Ты проиграла. Но осталась жива, хоть и была взята в плен.

Шоичи Ирие:
Отчего-то всегда побаивался тебя (еще со школы), почему-то считая гордой и холодной ко всем окружающим. А когда твой мягкий характер с течением временем претерпел ряд изменений (не в самую лучшую сторону), окончательно убедился в своем сложившимся мнении на твой счет. Тем не менее, признает твою несравненную внешность, из-за чего зачастую страдает болями в животе, стоит тебе появиться в поле его зрения.

Кикё:
—Хо-хоу, как жизнь? —как ни странно, нормально общаетесь, словно и нет между вашими семьями кровной вражды. Тем не менее, оба прекрасно понимаете, что на поле боя выбора у вас не будет. Так что не обессудь. Хотел бы, чтоб ты перешла на их сторону. Ему твоя смерть не доставит никакого удовольствия.

Закуро:
—Жалкая,— он ценит только силу, так что не может понять твоей ценности для Бьякурана. Но все же не трогает, видя некий интерес босса к твоей персоне. Занимает позицию молчаливого наблюдателя.

Блюбелл:
На твое счастье ничего не знает о тебе.

Дейзи:
—Ты прекрасна,— благоговейно произносит он, в нерешительности протягивая красную розу. Очарован. Твоей добротой, твоей заботой, которой он, как считает, не достоин. Не переживет, если отдадут приказ о твоем убийстве, а потому всеми силами пытается убедить сменить сторону.

Торикабуто:
—Я слышал, ты сильный иллюзионист. Ха! Оказывается, те слухи явно преувеличены,— отношение, как к какому-то плебею. Тебе, как никогда, хочется научится иллюзиям, чтобы надрать одно место этому выскочке. Ради этого желания даже готова проходить курс обучения у будущего Мукуро, который, как тебе кажется, стал еще более невыносимее, но вместе с тем и удивительно ближе, словно бы эта необъяснимая для вас обоих связь с каждым годом становилась все сильнее и…интимнее что ли

Остальные

Тимотео (Девятый Вонгола):
—Ты очень похожа на свою мать,— тепло говорит тебе мафиози, невольно вспоминая свою единокровную сестру. Искренне рад, что ты не избирала для себя стезю мафиози (правда, уже через 7 лет тебе все же придется пересмотреть приоритеты по ряду причин), потому как всегда воспринимал тебя и воспитывал, как родную дочь. Одновременно и рад, и обеспокоен выбором сына, поэтому продолжает незримо присматривать за тобой, то тут, то там оставляя своих людей, например у Савады это был Реборн. Хотя он стал приглядывать за тобой прежде, чем на то был отдан приказ, но ни ты, ни Девятый о том не в курсе.

Каваллоне Дино:
—Рад видеть, Мелоди,— на ходу ловит выроненные тобой бумаги. —Прости, напугал,— мило улыбается мафиози, в смущении чеса затылок. При тебе у него пропадает былая неловкость, а все потому, что Дино, хочет он того или нет, невольно воспринимает тебя, как члена своей семьи. Вы были знакомы с самого детства, когда молодой человек даже и не думал становиться боссом, ходили в одну школу, где часто виделись, равно как и со Скуало. Каваллоне тайно ревновал тебя к нему, но ни как девушку, а как друга. Романтических чувств между вами нет и не предвещается, но вы всегда будете занимать в сердцах друг друга особое место. Лучший друг.

Савада Иемицу:
Восхищен тобой и от того счастлив, что именно ты занимаешься обучением его сына. Убежден, что у тебя Тсуна сможет научится не только языкам, но и терпению, и силе воли. Не говоря уже о желании стать сильнее, дабы защитить столь хрупкую и ранимую особу. Знает тебя совсем малышкой, а потому даже не узнал, когда встретил тебя уже повзрослевшей и сформировавшейся девушкой.

Савада Нана:
Хорошо относится. Считает, что тебе требуется сильный защитник, о чем при любом удобном случае и не слишком туманно намекает, невольно переводя разговор в сторону своего мужа. Слышала, что у тебя есть жених, с которым вы находитесь в данный момент в ссоре, и хочет с ним познакомиться. А иначе, будь уверена, сама займется поиском тебе пары. Ни раз намекала на кандидату Дино, когда тот гостил у них дома.

Бьянки:
—Хаято такой ребенок,— закатывает глаза Скорпион, наблюдая, как брат самозабвенно любуется твоей персоной, не замечая ничего вокруг, но стоит тебе бросить в его сторону мимолетный взгляд, как тут же заливается краской и поспешно утыкается в книгу, которую, к слову, держит вверх ногами. Бьянки искренне соболезнует брату: как известно, первая любовь почти всегда несчастна, а тут еще и в девушку старше, да к тому же кровную родственницу Девятого, да к тому же невесту босса Варии,— у Хаято просто нет шансов. К слову, вас можно назвать подругами, если и пока не лучшими, то очень близкими. Ты единственная, кому она может во всех красках поведать о своей любви к Реборну, но, как ни странно, тебе эти рассказы совсем и не в тягость. Ты по-белому завидуешь этой девушке: она обрела свое счастье в лице любимого мужчины, а тебе об этом, увы, даже мечтать не приходится.

Сасагава Киоко:
—Здравствуйте, Мелоди-сан,— относится со всем почтением. Считает очень красивой, а твой легкий акцент признает даже милым.

Миура Хару:
Эта девочка чуть ли не боготворит тебя, считая своим абсолютным авторитетом для подражания, что тебя, к слову, несколько пугает. Хотя поначалу Хару очень ревновала тебя к Тсуне, но очень скоро прониклась к твоей персоне не совсем адекватным, по-твоему мнению, фанатизмом. Стараешься держаться от этой девочки подальше, хоть и считаешь ее отчасти милой. Не будь ее напор таким сильным, вы вполне могли бы поладить.

И-пин:
Постоянно извиняется перед тобой за Ламбо. Ей ни перед кем не бывает так стыдно за него, как перед тобой. Считает очень приятной.


Десять лет спустя

Мелоди изменилась. Больше не было той наивной девочки, какой ее считало преимущественное большинство. Она научилась пользоваться своим очарованием и выжимать из него максимум, зачастую при этом играя нечестно и даже грязно. Признаться, жизнь вынудило ее пренебрегать правилами, будь то оплоты нравственности или юридической документации. Девушка научилась быть жесткой, тем не менее сохраняя былую нежность с теми, кто этого заслуживал.

В 25 лет вызволила из тюрьмы Рокудо Мукуро, при этом ухитрившись с завидным мастерством обвести вокруг пальца самих Виндиче, из-за чего впоследствии чуть было сама не угодила к ним, но Девятый с Реборном вовремя подсуетились. Добилась очень неплохих успехов в иллюзиях, после чего особенно пристрастилась к произведению Данте «Божественная комедия» и даже изъявила желание самой попробовать пройти хоть один круг. Однако ее учитель выступал категорически против этой затеи, убеждая девушку в очевидной слабости, хотя на деле переживал {censored} душу, что, к слову, ему крайне не свойственно.

Вышла замуж. Правда, против воли, да и узнала о сим событии случайно, заглянув как-то раз перед очередным вылетом в паспорт. Да, и такой маразм случается. Но кто мог знать, что Занзас зайдет настолько далеко в своем эгоистичном желании? Словом, ссора тогда была мировая. Да и первая брачная ночь ей под стать…

Вонгола X

Савада Тсунаеши:
Часто помогаешь ему на дипломатических встречах, в частности благодаря тебе стали более менее налажены отношения с Варией. Правда, из-за занятости видитесь нечасто. Очень признателен тебе. Друзья.

Гокудера Хаято:
—Может, останешься? —с тенью боли говорит он, пытаясь скрыть ее за слабой улыбкой. Ты часто останавливаешься у него, когда затягиваются переговоры, потому как только Хаято может понять, насколько тебе необходимо уединение после тяжелого дня. Вам удивительно комфортно вместе: он не навязывается тебе со своим вниманием, ты же даришь Хаято возможность лицезреть себя дольше, чем обычно, а более ему и не нужно. Но если ты думаешь, что Гокудера смирился со своим положением «просто друга», то очень ошибаешься. Мужчина сделает все, чтобы завоевать твое расположение и во что бы то ни стало добьется твоего развода с Занзасом (при условии взаимной симпатии, конечно, которая, он уверен, не за горами), благо ни босс, ни его товарищи не боятся очередного конфликта и в случае чего готовы поддержать друга.

Ямамото Такеши:
Лучший друг, и этим все сказано.

Бовино Ламбо (25 лет):
—Добрый вечер, сеньора. —Относится почтительно. Любит наблюдать за тобой издалека.
Бовино Ламбо (35 лет):
—Признаться, не думал я, что вам-таки удастся добиться развода…да еще и остаться живыми после этого,— обеспокоен твоей безопасностью.

Сасагава Рехей:
Как ни странно, но вам удалось поладить; если Рехей сумел найти общий язык с таким, как Хибари, то грех ему не сойтись с тобой. Вас можно назвать добрыми приятелями. Ты просвещаешь мужчину в области искусства, а он приобщает тебя к спорту. Вам действительно интересно вместе, даже жаль, что не можете проводить время чаще, чем этого хотелось бы.

Хибари Кея:
Не понимает, как такая, как ты, может получать удовольствие от общения с таким, как Рехей. Считает тебя интересной и утонченной девушкой и убежден, что тебе не место в мафии, даже в роли простого дипломата.

Рокудо Мукуро:
Он сам не может понять, что к тебе испытывает, но ты однозначно далеко не последний человек в его судьбе. Вы связаны какой-то незримой силой, которая с каждым годом все крепчает, вынося ваши отношения на совершенно новый уровень, остающийся за гранью всякого человеческого понимания. Вы словно читаете, даже нет, предвидите мысли друг друга, чувствуете друг друга, ощущаете. Ты можешь узнать его лишь по звуку шагов, он тебя— лишь по шелесту дыхания. Как уже упоминалось раньше, он все же стал твоим учителем, но несмотря на разницу в возрасте в твою сторону, создается совершенно обратное впечатление.
Вы закончили было тренироваться в искусстве иллюзий, когда Рокудо вдруг без каких-либо на то, казалось бы, причин подло поймал тебя в одну из своих. Ты было подумала, что это была проверка на реакцию, которую ты с треском провалила, но не тут-то было:
—Ну и кто из нас будет первым? —неожиданно появившись перед тобой на непозволительно близком расстоянии, тихо произнес Мукуро не свойственным ему серьезным тоном; признаться, в тот день он сам на себя был не похож: ни тебе двусмысленных намеков, ни сальных шуточек, ни даже фирменного смеха. С самого начала тебе показалось это не к добру, но ты и представить не могла, что это может вылиться во что-то подобное. Однако, из первого вопроса ты суть предстоящей беседы уловила не сразу. —Ясно,— привычно усмехнувшись, обронил он,— значит, мне придется признаться первым. —Ты не успела и задать логичного вопроса, как тебя уже целовали. На удивление, нежно, но очень настойчиво.

Хроме:
Тихо ненавидит тебя и страдает, в частности от собственной ненависти. Очень завидует тебе и мечтает оказаться на твоем месте.

Вария

Занзас:
—Никуда, слышишь,— зло рычит на тебя мужчина, больно хватая за запястье, когда ты намеревалась было покинуть его кабинет после очередной ссоры. —Никуда ты от меня не денешься. —Он не узнал о твоей первой и единственной любви в лице Гаммы, но ясно почувствовал некоторые изменения в тебе: если ты и раньше не очень жаловала личность Занзаса, то на тот момент и вовсе охладела, полностью закрывшись в себе и плача ночами (последнего за тобой никогда особо не наблюдалось). Тем не менее отпускать тебя мужчина не намерен ни при каких обстоятельствах, он скорее вырежет все мужское население в радиусе сотен километров, чем позволит кому-то посмотреть в твою сторону. Страстно влюблен, ревнует ко всем и вся, не отпуская от себя по мере возможного, а порой и невозможного. Фактически вынудил выйти за него, воспользовавшись своим положением в стране и мафии. Словом, в одну из ваших крупных ссор ты имела глупость заявить, что юридически никаких прав Занзас на тебя не имеет, в ответ на это мужчина выкрал твой паспорт и заставил сотрудников госучреждения утвердить ваш брак. Узнав об этом, ты его чуть было не убила.

Супербиа Скуало:
С недавних пор, как тебе кажется, он тебя ненавидит. А все началось с того, что Супербиа вовремя очередной твоей ссоры с мужем (по поводу, к слову, вашей женитьбы) принял твою сторону, тем самым пойдя против босса, за что теперь, как ты думаешь, и возненавидел твою персону. На деле же мужчина не смог, да и до сих пор не может признать, что ты не его. Любит и продолжает незримо защищать, чтобы не случилось, даже сейчас.
—Уйди,— грубо бросает он, стоит только тебе подойти к нему с насущном разговором. Для себя мужчина решил, что если убедится в собственной ненависти, то непременно избавится от этой проклятой любви. Но ты была бы не ты, если так просто отступила. —Я сказал, уйди,— не поднимая по-своему обыкновению голос, рычал он на все, что ты ему говорила. Раз он дал тебе понять, что отвечать тебе не намерен, решила ты, то возьмешь Скуало действием. В конце концов мужчина сам говорил, что предпочитает его куда больше пустого сотрясания воздуха. Ты поцеловала его, чему Дождь Варии никак не мог сопротивляться, при этом зафиксировав произошедшее на камеру, дабы после шантажировать бывшего друга, но ты и представить не могла, что тебе ответят, да еще и так страстно. Телефон выпал из твоих рук, что никто из вас даже не заметил, а ты оказалась груба вжата в ближайшую стену. Благо, это сумасшествие не продлилось долго, и Скуало пришел в себя. —Что это, черт возьми, было? —хрипло произнес он несвойственным шепотом. —Проваливай.

Каваллини Бельфегор:
Он единственный твой друг в Варии. Ваши отношения ни чуть не изменились за эти десять лет, разве что Бельфегор-таки увидел тебя в ярости. Второй раз за всю твою жизнь. Признаться, такого никто, включая Занзаса, от тебя не ожидал: в ярости милая доселе Мелоди умудрилась в хлам разнести его кабинет, спальню и даже общую залу, швыряя в их ужасающего босса всем, что попадалось под руку. Но более всего варийцев удивила довольная усмешка самого босса, непринужденно уворачивавшегося от всех летящих в него снарядов или же время от времени прикрывавшемся (в буквальном смысле этого слова; мужчина просто брал тех за шкирятник) своими шестерками.
—Ну-ну, не рычи, ши-ши-ши,— смеется молодой человек, ловя твой раздраженный взгляд. —Я ведь это не всерьез. Как-никак мне слишком дорога эта жизнь, чтоб говорить что-то подобное тебе в лицо, да к тому же взаправду.

Луссуриа:
Был случайным свидетелем той сцены со Скуало, а потому стал дерганее, чем обычно: с одной стороны следовало бы доложить боссу, а с другой не хочется подставлять тебя или Ску, к тому же капитан за такой донос вряд ли по головке погладит.

Леви-а-Тан:
Ничего не изменилось. Ты по-прежнему его запретный плод, с которым мужчине ничего не светит.

Фран:
—И как тебя угораздило выйти за него? —Как ни странно, вы ладите, даже очень. Кто бы мог подумать, что твоим лучшим другом может стать совсем юный мальчишка. Любовь к иллюзиям и неприязнь к общему учителю вас все же объединили. Фран очень привязан к тебе, хоть этого никогда не покажет. Любит, когда ты играешь ему на скрипке.

Остальные

Каваллоне Дино:
Как и прежде, лучший друг. Хоть вам и не удается общаться столь же часто, как раньше.

Савада Иемицу:
Несколько был удивлен тому, что ты вышла за Занзаса. Подробностей этой «свадьбы» не в курсе, хотя чувствует, что здесь что-то нечисто.

Савада Нана:
—Рада тебя видеть, Мелоди-чан. Как твои дела? Иемицу говорил, ты замуж вышла,— с тенью хитринки протягивает женщина. —Ну и кто он? Уверена, кто бы ни был, он достойный человек, ведь на иного бы ты даже не посмотрела. Так когда вас ждать на ужин? —Очень тепло к тебе относится.

Бьянки:
—Я знаю тебя, Мелоди. Ты сильная и упрямая, а потому никогда и никому не позволишь распоряжаться своей судьбой без твоего ведома,— имея в виду, твою ситуацию с Занзасом, говорит тебе девушка. —Знаешь, что я думаю? Тебя бесит не он, а его отношение к тебе. Ты бы давно ушла от Занзаса, если бы того действительно хотела. Так может перестанешь его мучить? —твоя лучшая и, признаться, единственная настоящая подруга. Хорошо все же, что Бьянки не в курсе об увлеченности своего возлюбленного; все же Реборн мастер маскировки, не раскололся и за десять лет вашего знакомства ни перед тобой, ни перед своей любовницей.

Сасагава Киоко:
Как и прежде, относится с почтением. Ни секунды не сомневаясь, может доверить тебе жизнь и карьеру своего мужа. Ладите.

Миура Хару:
Добрые приятельницы, как ни странно.

И-пин:
Уважает и старается на тебя равняться.



Комментарии: http://pashka001.be­on.ru/0-57-sbornik-t­estov-po-khr.zhtml#e­23
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1120-583.html
Прoкoммeнтировaть
понедельник, 20 ноября 2017 г.
Тест: Для меня |Kuroko no Basuke... bommiecu 19:45:36
­Тест: Для меня |Kuroko no Basuke|
Очень плохие парни~


­­

­­


Spineshank - Beginning of the End



... В классе воцарилась тишина. Крепко зажмурившись, прижав ручки к груди, Коюми дрожала в ожидании ответа на своё признание. Уже давно она была влюблена в своего одноклассника Хайдзаки Сёго, старалась донести до него свои чувства, делала всё, что он скажет, как послушная собачка, и вроде бы парень даже обращал на неё внимание. И вот сегодня она набралась смелости ему признаться. Ей бы хотелось сделать это где-нибудь наедине, но Хайдзаки постоянно окружён друзьями, и в какой-то момент Коюми не выдержала и выкрикнула признание прямо ему в лицо. Она чувствовала себя неловко, была готова в обморок рухнуть, но держалась из последних сил, чтобы узнать, что ответит любимый человек. Вот Хайдзаки вальяжно поднимается со стула и, не вытаскивая руки из карманов брюк, подходит к ней. Наклоняется к её красному лицу, едва слышно ухмыляется и вдруг резко поворачивается к ней спиной.
- Я выиграл! Гони деньги, - крикнул он на весь класс. Недовольно бурча себе под нос, другой парень спрыгивает с подоконника и подходит к своему рюкзаку. Получив выигрыш, Хайдзаки пересчитал банкноты и довольно облизнулся. Он совсем не обращал внимание на Коюми, которая стояла позади, ничего не понимая.
- М-м, Сёго-кун? - тихонечко окликнула она его.
- А? - он оглянулся через плечо. Дерзкая ухмылка искривила его губы, сделав лицо жестоким. - Прости, прости. От тебя больше нет толку, так что свободна, - махнул он рукой.
Вздрогнув как от удара, Коюми принялась оглядываться. Она надеялась получить поддержку от одноклассников, но те молча наблюдали за сценой. Помощи было не от кого ждать.
Её рука потянулась за Хайдзаки, пальчики осторожно стянули пиджак на его спине.
- Эй, - нахмурился парень, дёрнув плечом. Коюми пришлось отступить. - Чего тебе надо-то?
- Н-Но как же!.. Я ведь!.. - она почувствовала, как в горле застыл комок нервов, на глаза набежали слёзы. Хайдзаки беззвучно застонал. Он терпеть не мог, когда девушки начинали рыдать. Бесит.
В этот момент дверь в класс открылась, и на пороге показались две ученицы из параллели. Невероятные красотки с большими буферами.
- Эй, Хайдзаки, ты идёшь? - крикнула одна из них. Парень перевёл взгляд с плачущей одноклассницы на потенциальных жертв своего обаяния и обратно - выбор очевиден. Ему больше прельщало хорошо провести время, нежели утешать очередную плаксу. Сама виновата. Нечего было в него влюбляться. - Хайдзаки!!
- Иду я, иду, - он схватил с парты сумку, перебросил её через плечо и направился к выходу. Из-за спины по-прежнему раздавались тихие всхлипы. Хайдзаки раздражённо цокнул языком. Да пусть хоть в истерике бьётся, он не станет оборачиваться.
Как только он приблизился к красавицам, обе девушки тут же к нему прилипли. Одна обвила его правую руку, другая положила ладонь на его плечо.
- М-м-м, это было немного грубо, - жалостливо протянула девушка, наблюдая за бедняжкой. Стоит посреди класса, другие ребята тычут в неё пальцем и откровенно смеются.
- Скажи спасибо, что ты не на её месте, - издал смешок Хайдзаки.
- И то правда, - сразу же обрадовалась красавица, покрепче прижавшись к парню. Чужие проблемы её мало волновали.
Впрочем, у той девицы не было ни шанса. Эдакая серая мышка, а позарилась на Хайдзаки! Самоуверенности ей не занимать. Зато получила хороший жизненный урок - научится правильно оценивать свои шансы.
Как только за компанией закрылась дверь, Коюми вытерла рукавом свитера нос, щёки, глаза и робко огляделась. Её одноклассники, поняв, что шоу закончилось, вернулись к своим делам, правда, всё же иногда косо на неё поглядывали и тихонечко посмеивались.
«... От тебя больше нет толку, так что свободна»
Вспомнились ей слова человека, который всего секунду назад безжалостно растоптал её чувства. Эта боль, казалось, проникала в самые глубины сердца девушки и разъедала его изнутри, как кислота.
«Хайдзаки Сёго, я тебя ненавижу!!»
... С того дня прошло много времени. К чему бы ей это вспомнилось?
Сидя на уроке, Коюми устало смотрела в окно, выходящее на школьный стадион. В голове снова пронеслись слова, сказанные ей в средней школе. Вроде бы утекло много воды, а боль они причиняли такую же сильную. Коюми искренне верила в исцеляющую силу времени, но, как оказалось, снова проявила наивность. Пожалуй, это её ахиллесова пята. Девушка по своей природе слишком наивна, доверчива, и это источник множества её проблем. Интересно, почему так? Может, родители забыли ей в детстве рассказать, что единорогов не существует? А потом всё это как снежный ком... Да ну нет, глупости какие-то.
- ... Не забудьте про домашнее задание! - вместе со звонком громко крикнул учитель и, собрав вещи, вышел из класса. Началась большая перемена.
- Эй, Коюми-тян, пойдём в столовую? - предложила одноклассница, но девушка мотнула головой.
- У меня с собой, - она достала из сумки бэнто.
- Хорошо, - улыбнулась та и побежала за остальными девчонками.
В классе Коюми не изгой. К ней частенько подходят одноклассницы с приглашениями вместе пообедать или сходить куда-нибудь на выходных. И хотя на их лицах сияет дружелюбие, Коюми буквально кожей ощущает их облегчение, когда отказывает. Не похоже, чтобы они стремились с ней подружиться, но чего тогда постоянно подходят, спрашивают, как дела? Это всё не имело смысла.
Открыв крышку, девушка прихватила варёную сосиску палочками и только-только поднесла к своим губам, как её руку нагло схватили за запястье и перенаправили в сторону чужого рта. Коюми с ошалевшим видом смотрела, как её обед нагло ест другой человек.
- Неплохо. Сама готовила? - облизнул губы парень, сев на стул за партой впереди. К гадалке не ходи, сам Ханамия Макото в гости заявился. Заметив, как девушка сжала обеденные палочки, парень довольно оскалился. - Всё в порядке, Ко-тян?
Он нарочно протянул суффикс, зная, как это её раздражает. Помимо того, она ведь сотни раз просила его не сокращать её имя, а он всё о своём.
- Пожалуйста, не называй меня так, - из последних сил сохраняя спокойствие, попросила Коюми, подцепила палочками овощи и отправила в рот. Ханамия же, пропустив всё мимо ушей, положил руки на её парту, уместил на них подбородок и стал внимательно следить за лицом девушки. По необъяснимым причинам ему нравилось на него смотреть. Коюми, конечно, не модель, внешность у неё обычная, но она умудряется разбавить её тысячами разных взглядов, улыбок. И каждый раз Ханамия обнаруживает что-то новое. Это его цепляет. С тяжёлым вздохом девушка отложила палочки. Она не может обедать, когда за ней следят как на допросе. - Ты хочешь что-то спросить?
- М? - он моргнул, потом растянул губы в лёгкой улыбке. - Вовсе нет. - Коюми пожала плечами. - Хотя! - вдруг продолжил Ханамия, сложив руки на спинке стула. - Всё-таки кое-что спрошу.
Проглотив рис, девушка заинтересованно наклонила голову на бок. Сейчас она была похожа на маленькую птичку. К тому же, её шея была длинной, кожа - как молоко. Ханамия с трудом сдерживал себя оттого, чтобы вцепится зубами в мягкую кожу, оставить на ней свой след, а затем медленно лизнуть языком. Парень был уверен, девушка сладкая на вкус.
Тем не менее, сейчас не об этом.
- Вопрос всё тот же, - улыбнулся он, ожидая реакции Коюми.
- Тот же? - задумчиво повторила она, затем её глаза широко распахнулись. - Нет! Нет, нет и ещё раз нет! - затараторила Коюми, вскочила на ноги и направилась к выходу из класса.
Коротко хохотнув, Ханамия бросился за ней.
- Почему нет? - спросил он, идя за ней по школьному коридору. Они конкретно никуда не шли. Такое происходит каждый раз: перебрасываясь фразами, они проходят этажа два и возвращаются в класс девушки. Если Коюми таким образом пыталась отвязаться от него, то ей следует сменить тактику. - Ты каждый раз мне отказываешь, но не говоришь, почему.
- Потому что не хочу! - ускорилась Коюми.
В два шага нагнав девушку, Ханамия схватил её за плечо и увлёк за собой туда, где не было народу. Его руки оказались по обе стороны от лица Коюми, которая хоть и дрожала как осиновый лист, злобно смотрела исподлобья.
- То есть не расскажешь?
Он дал ей последний шанс. Но Коюми была слишком гордой, чтобы идти у него на поводу.
- Ни за что!
- Что ж, - нарочито грустно вздохнул Ханамия, - тогда мы будем стоять вот так, пока ты не объяснишь, почему отказываешься со мной встречаться, либо пока нас не застукают.
У Коюми аж дыхание перекрыло. Каков наглец.
- От-Отпусти! - она упёрлась ладошками ему в грудь, стараясь оттолкнуть, но бесполезно. - Не отпустишь, я ударю. Сильно.
- Да? - ухмыльнулся Ханамия. Коюми тут же попыталась ударить его коленом в пах, но её ножку ловко перехватили. - Предсказуемо.
Его длинные холодные пальцы обхватили женское колено, чуть сжимая. По коже девушки пронеслись мурашки.
Наклонившись к её ушку, Ханамия опалил нежную кожу горячим дыханием:
- Нравится? - его ладонь медленно поползла вверх, лаская подушечками пальцев. Места, до которых он дотрагивался, будто воспламенялись. Это было настолько хорошо, что девушка с тихим стоном запрокинула назад голову. Когда мужские пальцы подобрались к подолу школьной юбочки, поддели её и потянули вверх, Коюми опомнилась и вцепилась обеими руками в тыльную сторону ладони Ханамии. Он сразу остановился и поднял взгляд на девушку.
- П-Прекрати, - прошипела она.
- Уверена, что хочешь, чтобы я остановился? - его голос был похож на мёд. - Если позволишь мне продолжить, я...
- И не мечтай! - собрав последние силы, Коюми оттолкнула от себя парня. Ханамия горячим взглядом обвёл девушку, заставив покраснеть до кончиков волос. Она неловко поправляла юбочку, волосы, настороженно поглядывая в сторону парня. Но Ханамия и не думал ничего делать. Её указательный пальчик появился прямо перед ним. - Если ещё раз т-такое учудишь, я!.. Я!.. Закричу! Ясно?!
Она бешено дышала, как бык на красную тряпку. В гневе девушка особенно прекрасна, наверное, поэтому Ханамия при любом удобном случае выводит её из себя. Сделав шаг вперёд, парень наклонился и легко поцеловал её пальчик. Взвизгнув, Коюми отскочила к стене.
- Договорились, - проникновенным голосом сказал Ханамия и, развернувшись, ушёл. Коюми же, схватившись за сердце, которое было готово сломать грудную клетку, осела на пол. Ноги её совсем не держали.
В голове был только один вопрос: Господи, где ж она так накосячила в прошлой жизни?
... - Всего хорошего, - уважительно поклонилась Коюми ушедшим гостям и подошла к столику, чтобы убрать грязную посуду. Сегодня выходной, народу в кафе много, и девушка уже не чувствовала ног из-за усталости. Её взгляд метнулся к настенным часам - до конца смены оставалось тридцать минут. Коюми искренне надеялась, что больше сюда никто не зайдёт, пока не закончится её рабочий день.
Но не тут-то было.
Колокольчик на двери звякнул. Внутрь завалилась шумная компания.
Коюми почти захныкала. Если она ещё хотя бы немного проходит в этих неудобных туфлях, точно лишится ног. Говорила же менеджеру, что ей нужна другая обувь, но он так пялился на её грудь, что наверняка всё пропустил мимо ушей. Престарелый извращенец. Девушка была готова поспорить, он нарочно дал ей рубашку на размер меньше, чтобы верхние две пуговицы не застёгивались. Так обзор лучше. В другой ситуации Коюми бы повозмущалась, но ей позарез нужна эта подработка. Ничего, терпеть его пошлые намёки осталось меньше недели, продержимся.
- Ох, Коюми, можешь подойти к гостям? - протирая барную стойку, попросила её коллега.
- Конечно, - взяв несколько меню, Коюми направилась к компании, которая уместилась за самым дальним столиком. На диванчике у окна сидели три девушки, причём на любой вкус - блондинка, брюнетка, рыжая, а по бокам от них двое парней. Лицо первого Коюми быстро разглядела, но ничего такого в нём не нашла, а вот второй сидел к ней спиной. Его профиль девушка сначала не признала, а когда поняла, кто перед ней, застыла на месте. Её руки затряслись, ноги, казалось, приросли к полу. Она не могла ошибиться.
Запрокинув голову, парень громко рассмеялся. Правую руку он закинул на спинку дивана, придав своей позе ещё больше раскрепощённости. Наклонившись к ушку рыженькой, он что-то сделал, отчего девушка вдруг раскраснелась и принялась в шутку его отталкивать.
- Ну, Хайдзаки, прекрати! - смеялась она.
Хайдзаки. Хайдзаки Сёго? Это, правда, он?!
Коюми во все глаза пялилась на человека, который когда-то самым жестоким способом уничтожил её чувства. По его вине ей пришлось сменить среднюю школу, потому что в прежней она стала посмешищем для одноклассников, по его вине она шарахалась от парней как от чумы и шарахается по сей день, по его вине, в конце концов, она считает, что никогда больше не сможет полюбить! Какого чёрта он сюда припёрся? Она не хочет его видеть.
Развернувшись на пятках, Коюми хотела было убежать, пока её не заметили, но тут одна из девушек её окликнула.
- Простите! Можете принять заказ?
Коюми застыла как вкопанная. Если она сейчас повернётся, ей придётся столкнуться с худшим кошмаром в её жизни. С другой стороны, это её работа - обслуживать клиентов, она не имеет права их игнорировать. Но, может быть, удастся позвать кого-нибудь другого?
- Прошу прощения, - вполоборота, чтобы не было видно её лица, повернулась Коюми. - Сейчас я позову официантку.
- Но разве ты не официантка?
От его голоса дрожь крупными градинами прошлась от пяток до затылка девушки. Она едва сумела удержать равновесие, потому что колени предательски задрожали.
- В-Верно, - нервно улыбнулась Коюми, сжав в руках меню. Ей нужно собраться с силами. Подумаешь, парень, который отшил её в средней школе - ха! - не большая трагедия. Повторяя это про себя, Коюми медленным шагом подошла к столику компании. Тряхнув волосами, девушка дружелюбно улыбнулась, как могла, и спросила, что желают заказать гости.
- Оп-па, - раздался грудной смешок Хайдзаки.
Коюми его проигнорировала. Она надеялась, что он не узнал в ней ту серую мышку. Прошло много времени. Сейчас она уже совсем другая, может постоять за себя и даже врезать, если нужно. Сто процентов Хайдзаки её не помнит. Он ведь привык менять девчонок как перчатки.
Почему-то от последней мысли Коюми стало немного больно.
- Нам, пожалуйста...
Коюми спокойно записывала в маленький блокнотик то, что наперебой говорили девушки.
Затем она собрала меню и, пожелав приятного вечера, поспешила оттуда уйти. Спиной она чувствовала прожигающий взгляд Хайдзаки и едва сдерживала себя оттого, чтобы метнуть в него меню.
На протяжении всего времени, что пробыла здесь компания, Хайдзаки практически не сводил глаз с Коюми. Последнюю это раздражало настолько, что она стала очень рассеянной. Она работала как под прицелом. Да тот же менеджер и то реже на неё пялился. Наконец, когда ребята расплатились и выходили, Коюми, прощаясь с гостями, облегчённо выдохнула.
- Всего хорошего, - изо всех сил она старалась скрыть торжествующую улыбку.
Последним выходил Хайдзаки. Его аромат, которым она раньше практически жила, снова ударил ей в нос. Терпкий, одурманивающий, как горький шоколад и крепчайший кофе. Неосознанно Коюми сделала глубокий вдох и тут же дала себя мысленную затрещину. Со стороны Хайдзаки послышался очередной смешок. Ах, ему всё смешно! За спиной девушка сжала кулаки, уговаривая себя подождать всего несколько секунд. Наконец, дверь со звоном колокольчика закрылась.
- Ура, - тихо обрадовалась Коюми. Кошмар из прошлого закончился вместе с рабочим днём. Лучшего исхода вообразить нельзя.
Напевая себе под нос песенку, Коюми попрощалась с коллегами по работе и почти вприпрыжку вышла с задней двери кафе. В мыслях она уже вернулась домой, сытно поужинала, сделала все уроки и легла в кроватку, замотавшись до носа в тёплое одеялко. А завтра никуда не нужно, можно спать, сколько душеньке угодно.
- Па-ра-пам-пам, - хихикнула Коюми и вдруг столкнулась с кем-то. Этот кто-то оказался крепким орешком, девушка едва нос не разбила. - Простите, пожалуйста!
Когда её взгляд метнулся вверх, Коюми решила, что чего-то давно она не занималась бегом, и уже было развернулась, но парень выставил перед её лицом свою широкую ладонь. От досады девушка едва не взвыла.
- Какая встреча, - пробасил Хайдзаки, убрав обе руки в карманы куртки.
Коюми нахмурилась и чуть отступила.
- М-Мы знакомы?
Ей бы хотелось, чтобы Хайдзаки её с кем-то перепутал. Тогда вечер не будет испорчен ненужными воспоминаниями.
- Да ладно тебе, Накагава, не ломай комедию, - ухмыльнулся Хайдзаки, опасно медленно, словно хищник, он надвигался на девушку, пока не подпёр её к стене.
- Говорю же, ты меня с кем-то...
Одна рука с грохотом впечаталась слева от её лица, буквально в паре сантиметров. Коюми даже почувствовала ветерок, с насмешкой подумав, что Хайдзаки по-прежнему нетерпелив.
- Могу напомнить, - он наклонился к её лицу. Едва почувствовав на своих губах его жаркое дыхание, Коюми отвернулась и крепко зажмурилась. Хайдзаки, отступив, коротко посмеялся. - Всё та же детская реакция. Значит, это действительно ты.
Коюми нахмурилась.
- Говорю же, ты ошибся. Любая нормальная девушка на моём месте!..
Её подбородок оказался зажат между большим и указательным пальцами.
- Только ты так по-детски жмуришь глазки, - проникновенным голосом сказал Хайдзаки, проведя подушечкой большого пальца по её дрожащим губам, которые сами по себе раскрылись. Этого и ждал Хайдзаки. - Всё-таки хочешь, чтобы я тебя поцеловал?
- Ч-Что? - моргнула Коюми. Затем до неё, видимо, дошло, в каком положении она сейчас находится, и девушка поспешила оттолкнуть бывшую (бывшую ли?) любовь. Странно, но Хайдзаки не стал настаивать. Спокойно отошёл назад, дав Коюми немного пространства. Она немедленно этим воспользовалась и рванула с места в сторону людной улицы. Фыркнув, Хайдзаки пошёл следом за ней. Коюми не сразу заметила, что он идёт за ней, потому что безуспешно пыталась справиться с учащённым сердцебиением. А когда всё-таки заметила, и не подумала остановиться. - Зачем ты... Вы идёте за мной?
- Провожу. Мало ли какие маньяки встретятся, - подмигнул ей Хайдзаки.
«Маньяк здесь ты!!»
В полном молчании они шли в направлении её дома. И тут Коюми подумала: если сейчас он увидет её дом, точно поймёт, кто она такая. Что же делать? Незаметно девушка достала из сумки сотовый телефон и отправила срочную смс подруге. Не то чтобы они крепко дружили, но на неё Коюми всегда могла положиться. К тому же, на самом деле оставаться на ночь у неё она не собиралась, так, подождёт, пока Хайдзаки свалит, и пойдёт домой.
Кажется, баскетболист был очень удивлён, когда они подошли к дому с другим адресом. Про себя Коюми гаденько ухмыльнулась. Теперь-то он точно решит, что ошибся и оставит её в покое.
- Раз уж проводил, спасибо, - кивнула она Хайдзаки, который как-то подозрительно прищурился, открыла калитку и через минуту скрылась за дверью. - Ох.
- Что случилось-то? - из кухни вышла её одноклассница, жуя какую-то сладость.
- Прошу прощения за беспокойство, - неловко улыбнулась Коюми. Та только отмахнулась. - Дома никого нет, а я ключи забыла.
- О, и как же теперь? Можешь у меня...
Коюми замахала руками.
- Нет-нет. Я уже отправила отцу смс, он сказал, что скоро приедет домой. Могу я у тебя посидеть пока что?
- Конечно.
Сняв обувь, Коюми прошла в гостиную, где расположились остальные члены семьи её одноклассницы. Девушка извинилась за вторжение, но, кажется, всё и без того было в порядке. Её напоили вкусным горячим чаем - то, что нужно в холодный осенний вечер.
Всё то время, что Коюми провела в гостях, она думала над тем, ушёл ли Хайдзаки. В конце концов, если он действительно её узнал, то знает, что это не её дом. Но какой прок ему оставаться под дверью? Даже если она здесь не живёт, вполне возможно, что она могла остаться с ночевой у подруги. Хотелось подойти к окну, но Коюми очень боялась увидеть парня у калитки. Слишком много она натерпелась от него в средней школе, забыть то унижение далось с большим трудом, и Коюми не хотела ворошить прошлое. Она глянула на электронные часы - прошло уже двадцать минут, наверное, можно идти.
- Ещё раз извините за беспокойство, - поклонилась она членам семьи одноклассницы.
- Ты уверена, что сама дойдёшь? Может, тебя подвезти? - обеспокоенно спросила женщина. Её муж согласно кивнул и уже потянулся за курткой, но его остановила Коюми.
- Не стоит. Я живу неподалёку. Пять минут ходьбы, - ещё раз попрощавшись, девушка вышла из дома, закрыла за собой калитку и вдохнула ночной морозный воздух полной грудью, затем развернулась и припустила в ускоренном темпе.
Но за поворотом её ждал сюрприз.
- О, наконец-то, - разрезал тишину чей-то хриплый голос.
- А-а-а!!
Подскочив на месте, Коюми выставила перед собой школьную сумку в качестве щита.
- Ну и что ты делаешь, по-твоему?
Она медленно открыла глаза и увидела перед собой Хайдзаки. Он сидел на перилах лестницы, сунув руки в карманы куртки, и, вскинув одну бровь, смотрел на неё недоумённым взглядом.
- Ты?! - она не понимала, почему он до сих пор здесь. Разве он не ушёл? Она пробыла в гостях двадцать минут, быть того не может, чтобы всё это время Хайдзаки сидел здесь, карауля её. - К-Как ты?..
- За дурака меня держишь? Оп, - он спрыгнул с перил. - Решила запудрить мозги тому, кто провожал тебя каждый вечер в средней школе?
Заговорил-таки об этом. Однако, если Хайдзаки ждал её только ради того, чтоб постебаться, он будет крайне разочарован эффектом - переболело. Может быть, вспоминать произошедшее Коюми и не хочет, но той дикой боли больше нет. Она справилась. Пусть одна, без чьей-то либо поддержки, но справилась.
Значит, и теперь справится.
- Хорошо. Я соврала. Доволен? А теперь будь добр, - она попыталась его обойти, но пальцы, сжавшие её голову через шапку, не дали сдвинуться с места. Коюми нахмурилась. - Ты делаешь мне больно, - а мысленно добавила «снова».
- Поговорить надо, - проигнорировал её слова Хайдзаки. Коюми отпихнула его руку.
- О чём? - по её мнению, им говорить было не о чем. В средней школе он сказал достаточно.
- О нас, - дерзко ухмыльнулся Хайдзаки.
«О нас?»
Её губы дёрнулись. Коюми молча опустила голову, так, что свет уличных фонарей не освещал её лицо. Её руки непроизвольно сжались в кулаки. Девушку затрясло от гнева. Нестерпимо хотелось ударить парня за всё, что он сделал с ней, но она приказала себе держаться. Если сейчас уступит эмоциям, покажет, насколько до сих пор слаба перед ним.
- Шутишь, что ли? «Нас» и не было никогда, - издала смешок Коюми. Хайдзаки поморщился. Ему до дрожи не нравилось, когда девушки начинали так говорить. Этими фразочками, которые вроде как должны воззвать парней к совести. Хайдзаки предпочитал прямые формулировки, ничего завуалированного.
- Как хочешь, - пожал он плечами. Коюми сразу шагнула в сторону, а Хайдзаки вслед за ней. - Можем поговорить обо мне или о тебе.
Коюми подняла на баскетболиста удивлённый взгляд. Да он просто издевается над ней.
- Пропусти меня, - сдавленно прошептала девушка и снова предприняла жалкую попытку обогнуть парня, но была схвачена за плечи. - Что тебе от меня нужно?
Хайдзаки закатил глаза.
- Глухая, что ль? Я же сказал, поговорить надо, - его пальцы сильнее сдавили плечи девушки. Она чуть было снова не спросила, о чём. Тогда всё пошло бы по кругу. В любом случае, похоже, Хайдзаки не намеревается её отпускать.
- Послушай, я...
Вдруг раздался писклявый звон мобильника девушки. Хайдзаки отступил, позволив Коюми вытащить телефон из сумки. На экране был пропущенный вызов от мамы. Похоже, та волновалась, ведь девушка до сих пор не вернулась домой.
- Блин, - выдохнул Хайдзаки, сложив руки на груди.
- Мне пора, - сказала Коюми, убрав мобильный в карман куртки. Баскетболист вальяжно махнул кистью правой руки, типа, да-да, понял уже. Тем не менее когда девушка прошла мимо него, он её окликнул. Сомневаясь в том, стоит ли оборачиваться, Коюми всё же посмотрела на Хайдзаки. Вдруг её телефон снова издал сигнал. Посмотрев на экран, она увидел сообщение от Хайдзаки.
- Как знал, ты не сменила номер, - рассмеялся он. Надув губы, Коюми убрала сотовый. - Во сколько у тебя завтра заканчиваются уроки?
- Зачем тебе знать это?
- Чёрт. Ты это специально, что ли? Поговорить надо, сказал же, - его голос звенел от напряжения. Он действительно всё такой же нетерпеливый и грубый. - Ай ладно, - махнул Хайдзаки рукой, затем развернулся и быстрым шагом направился в другую сторону.
Коюми недоумённо прищурилась. Прежний Хайдзаки Сёго продолжил бы наступать, а этот просто ушёл. Не сказать, чтобы девушку его поступок очаровал, скорее очень удивил. Что странно, приятно удивил. Хотя, быть может, это случайность? Всё верно, Хайдзаки обладает далеко не ласковым характером, и ради кого-то он не стал бы усмирять свой дикий гонор.
Помимо этого, всплыл ещё один вопрос...
Коюми посмотрел на телефон.
Почему он сохранил её номер?
Расставшись с девчонкой, Хайдзаки Сёго сразу удаляет номер её мобильного.
Так почему же?..
... Коюми не могла перестать думать о произошедшем вчера вечером. Она допускала возможность, что когда-нибудь снова встретится с Хайдзаки, но не думала, что это произойдёт так скоро, неожиданно, да и к тому же, он захочет с ней поговорить. Кстати, - девушка призадумалась, - о чём он хочет с ней поговорить? Вчера Хайдзаки был очень настойчив. Несмотря на то, что беседы удалось избежать, Коюми знала, что совсем скоро баскетболист снова напомнит о себе. Тем более, у него есть её мобильный номер.
Проклятье. Знала бы что всё так обернётся, непременно бы сменила номер.
- И чего мы такие грустные?
К ней подсел Ханамия, нагло пододвинувшись вплотную и задев её бедро своим. Из головы девушки сразу повылетали все мысли о Хайдзаки, а по телу прошла дрожь.
Она-то думала, что, если спрячется на заднем дворе школы, он её не найдёт. Коюми надеялась пообедать в одиночестве и заодно привести мысли в порядок. Но у Ханамии, похоже, нюх ищейки.
Заметив краем глаза, как парень снова потянулся к её бэнто, Коюми хлестнула его по руке. Нахмурившись, Ханамия, между тем, нагло улыбнулся, обнажая ряд зубов.
- Если такой голодный, иди в столовую, - недовольно пробурчала девушка.
- Не могу, - печально вздохнул Ханамия. - Уж больно мне нравится, как готовит Ко-тян.
Снова растянул суффикс со змеиным шипением. Его правая рука внезапно оказалась на плечах девушки, которая, поражаясь смелости парня, чуть не подавилась. Что он себе позволяет? Коюми передёрнула плечами, даже отодвинулась - бесполезно. Ханамия просто подсел ближе, а руку и вовсе не думал убрать.
- Так что случилось-то? - всё-таки угостившись её бэнто, спросил Ханамия. Он постарался придать своему тону максимум незаинтересованност­и, решив, что не стоит тешить женское самолюбие, но голос предательски дрогнул, выдав парня с головой.
- Не твоего ума дело, - отвернулась Коюми, и Ханамия выдохнул. Видать, что-то очень личное. Тут же его уши навострились. Личное? О-о-о, он обожает слушать про личное.
- А мне любопытно. Только кратенько, будь добра, - опять выхватив вкусняшку, сказал баскетболист. Когда его рука снова потянулась к бэнто девушки, та закрыла крышкой коробку. Парень едва успел пальцы отдёрнуть.
Каков нахал. Сам просит рассказать, что её беспокоит, и ещё свои условия выдвигает. Но ведь он не отстанет, пока не добьётся своего. Девушка устало вздохнула.
- Просто вчера встреча неприятная произошла. Вот и всё.
- С парнем? - наклонился вперёд Ханамия, заглядывая ей в глаза. Покраснев, потому что баскетболист оказался близко к её лицу, Коюми резко дёрнулась назад и вжалась в спинку скамейки. - Угадал, да? - сощурился он, стараясь скрыть недовольство. Не нравилось ему, что к его девочке пристаёт какой-то тип. Конечно, плаксивое выражение её лица приводило Ханамию в экстаз, но доводить девчонку до слёз имеет право только он. Быть может, нужно показать, кому она принадлежит?
- Х-Ханамия?
Её глаза испуганно расширились. Коюми дёрнулась в сторону, но её схватили за плечи и придержали на месте. Встав со скамьи, баскетболист перебросил одну ногу через девушку, тем самым сжав её между своих бедёр. Руки его легли на спинку скамьи. Коюми оказалась в ловушке. Скрыв глаза под прядями волос, Ханамия наклонился к ушку девушки, обжигая его своим дыханием.
- Не переживай. Я сделаю так, что к тебе больше никто не подойдёт.
Короткий крик вырвался из её груди, когда парень провёл горячим влажным языком по линии женской шеи. Как он и думал, её кожа сладкая на вкус, будто сахарная вата. Когда его губы сомкнулись на месте соединения плеча и шеи, Коюми выгнулась дугой до хруста в позвоночнике, вдавив свою грудь в мужскую. Он слышал, как из её рта вырывались хриплые полустоны-полувздох­и. Ухмыльнувшись одним уголком губ, баскетболист прикусил нежную кожу и тут же зализал ранку, чувствуя на кончике языка металлический вкус. Длинные пальцы одной его руки вплелись в шевелюру девушки, массажируя, возбуждая каждый рецептор.
- Х-Ханамия!.. - ему нравилось, как она произносит его имя. Сладко, тягуче, томно. Никто другой в этом мире не достоин такого сокровища. Как только брюнет подумал об этом, его челюсти плотнее сомкнулись. От яркой боли Коюми вскрикнула. Ханамия почувствовал её руки на своей груди, как девушка отчаянно пытается оттолкнуть его от себя. Но он не уйдёт, пока не...
- Ханамия! Ты где?
Голос одноклассника вывел парочку из небытия. Удручённо прикрыв глаза, баскетболист шумно выдохнул и, разомкнув челюсти, отстранился. На гладкой коже девушки горели следы от его зубов, на ранках проступали капельки крови. Ханамия едва удержался, чтобы не слизать её, но тогда он бы уже не отпустил Коюми из своих объятий.
- Ты!.. Ты!.. - девушка тяжело дышала и яростно сверкала глазами. - Ты хоть понимаешь, что сделал?
- Естественно, - игнорируя приближающие шаги, Ханамия ласково провёл двумя пальцами по оставленным им следам, он был более чем доволен результатом. - Я сделал то, что хотел. Теперь к тебе точно никто не приблизится.
- Ханамия, вот ты где! - из-за угла показалась макушка одноклассника. - Ой, чем вы тут занимаетесь?
Коюми едва успела вздёрнуть воротник рубашки, чтобы скрыть этот кошмар и ужас. Господи, чем она только думала? Почему позволила делать с собой такое? На девушку нашёл тлен. Ханамия же не испытывал никаких угрызений совести.
- Забудь, - выдохнул он и прошёл мимо Коюми. - Так зачем ты меня искал?
- А, точно. У меня вопрос по следующему уроку, не мог бы ты...
Их голоса вскоре исчезли. Только когда вокруг установилась полная тишина, Коюми позволила себе глубоко вдохнуть и выдохнуть. Голова тут же закружилась, тело било маленькая дрожь, а если она попробует встать на ноги, то наверняка грохнется. Она и не думала, что Ханамия Макото способен так повлиять на неё. Безумие какое-то. Ей вспомнились его жаркие прикосновения, горячий влажный язык, очерчивающий следы, оставленные зубами. Ханамия Макото действительно опасен. Он умеет преподносить вместе с болью наслаждение.
Прямо как...
... Хайдзаки?!
Коюми во все глаза уставилась на парня, стоявшего у школьных ворот. Почему он здесь? Хотя всё равно. Нужно просто пройти мимо, не реагируя на него. Вполне возможно, он пришёл вовсе не к ней. А что, у него в запасе длинный список женских имён. Может быть, какая-нибудь дурочка из её школы попалась в его ловушку. Коюми жёстко ухмыльнулась. Бедная девчонка, сколько страданий принесёт ей этот казанова.
«П-Погодите. Ч-Что я сейчас?.. »
Её глаза испуганно распахнулись. Не верящим взглядом Коюми уставилась на свою дрожащую ладонь. Откуда в ней эта злоба? Почему она так подумала?
- О, а вот и ты, - оттолкнувшись от каменного забора, Хайдзаки подошёл к Коюми, которая сразу отпрыгнула в сторону. Брови парня нахмурились. Кажется, ему не понравилось поведение девушки.
- К-Как ты узнал, г-где я учусь?
Хайдзаки сначала удивился, потом рассмеялся. Его указательный палец уткнулся в девичий лоб.
- Вчера когда ты возвращалась с работы, на тебе была эта форма. Так что я не маньяк какой-нибудь, не парься, - со вздохом сложил он руки на груди.
- Д-Да я и не думала... - ложь. Она и не такое успела про него подумать.
- Ага.
Хайдзаки обвёл заинтересованным взглядом фигурку девушки и подумал, что она нисколечко не изменилась со времён средней школы. Всё такая же маленькая, хрупкая, боится каждого шороха. Хотя нет. Кое-что в ней изменилось. Её характер обрёл стержень.
Проклятье.
Хайдзаки почувствовал, как его тело откликнулось на мысли об этой девчонке. Не будь тут так много народу, он бы непременно сделал с ней что-нибудь грязное, жаркое, влажное и до ужаса непристойное. Хотелось задрать эту короткую школьную юбочку, медленно, пуговичку за пуговичкой, расстегнуть блузку, обнажив налившуюся возбуждением грудь, и...
Хайдзаки рвано выдохнул. Чертовщина какая-то. С тех пор как он увидел её в том кафе, не мог больше ни о чём и ни о ком думать.
Нужно остановиться, пока не поздно. Он здесь за другим.
Даже смешно. Он, Хайдзаки Сёго, пришёл к девушке не за тем, чтобы её нагнуть. Мир сошёл с ума.
Но это правда. Ему необходимо с ней кое-что обсудить, и он не уйдёт отсюда, пока...
- Чего?
На месте девчонки никого уже не было. Коюми спокойно шагала в сторону своего дома.
- Эй, погоди! - его пальцы обвились вокруг запястья девушки и дёрнули её на мужскую грудь. В нос Коюми ударил аромат крепкого кофе, разгорячённой кожи и интимный запах парфюма.
Упершись ладошками парню в грудь, Коюми создала дистанцию между ними. Ничтожную, конечно, но, по крайней мере, он не будет прижимать её к себе. Иначе она, к своему несчастью, не сможет здраво соображать. Несмотря на всю боль, которую Хайдзаки ей причинил, Коюми была вынуждена признать, что этот баскетболист по-прежнему сводит её с ума.
Господи. Да пропадёт ли когда-нибудь это наваждение?
- Ты не оставишь меня в покое, верно? - дрожащим голосом спросила Коюми. Она не боялась Хайдзаки, во всяком случае, именно сейчас, но его присутствие напрягало настолько, что девушка не могла нормально дышать. На уровне груди стало как-то необъяснимо тяжело.
- Тц, - Хайдзаки нервно почесал затылок. Снова до слёз довёл, а ведь всё должно было быть нормально. Всё-то он делает не так.
- Ладно, давай поговорим, - кивнула Коюми, понимая безысходность ситуации, и тут же отпрыгнула назад, когда Хайдзаки протянул к ней свою руку. - Я сама пойду.
Хайдзаки на её фразу только шумно выдохнул, засунул руки в карманы куртки и, поёжившись, предложил засесть в каком-нибудь кафе неподалёку. Коюми согласилась, но только потому, что в кафе будет много народу, и поведение этого парня будет ограничено. К тому же, девушка внезапно ощутила небывалый голод, словно её неделю не кормили, а это означает, что можно уткнуться в тарелку и не слушать Хайдзаки. Мысленно Коюми довольно хихикнула, как вдруг её будто молнией пронзило. Приостановившись, она внимательно огляделась, но никто из прохожих на неё не глазел.
- Эй, - кто-то щёлкнул по помпону на её шапке. Резко обернувшись, Коюми хмуро глянула на Хайдзаки. - Чего застряла? Идём уже.
- Д-Да.
Она ещё раз посмотрела назад, ничего подозрительного не увидела и, пожав плечами, поспешила следом за баскетболистом.
- Ну и как это понимать?
Подперев щёку ладонью, Ханамия флегматично смотрел на разыгравшуюся под окнами школы сцену. Его наивную девочку уволок за собой какой-то парень, а та, мало того, что вяло сопротивлялась, так в конце вообще побежала следом, чуть ли не веляя хвостиком как собачонка.
Вот дурёха.
Разве он ей не показал, кому она принадлежит?
Ханамия нервно прикусил ноготь на большом пальце левой руки.
Наверное, тогда не следовало останавливаться. В тот момент девчонка была вся в его власти, её слабые протесты даже не были протестами. Ханамия был уверен: Коюми не стала бы его останавливать, продолжи он свои ласки.
- Ай, - шикнул Ханамия и посмотрел на свой палец. Прикусил так сильно, что пошла кровь. Кажется, переволновался.
Стоп.
Переволновался? Собственно, почему он волнуется?
Это чувство, что только что атаковало его сердце... В нём будто смешалось всё: злоба, волнение, страх и другой негатив.
В быту это, кажется, называют ревностью.
Ханамия прыснул. Он и ревнует? Зачем ему ревновать, если Коюми знает, кому принадлежит, и что с ней будет, если она посмеет забыть об этом?
«Однако это ей не помешало уйти с каким-то дурнем» - раздался в голове чей-то ехидный голос.
- Хм, - нахмурившись, баскетболист отвернулся от окна, подошёл к своей парте, взял сумку и направился к выходу.
- Эй, Ханамия, ты куда? У нас же ещё тренировка? - звали его сокомандники, но в ответ парень только махнул рукой. Сейчас у него есть дела и поважнее.
... - Простите, можно ещё одну порцию окономияки! И якисобу! - крикнула Коюми, доедая то, что осталось от предыдущего блюда.
Пятнадцать минут назад они с Хайдзаки засели в этом маленьком ресторанчике и пока ни разу нормально не поговорили. А всё потому, что, едва сев за столик, Коюми назаказывала столько всего, что её рот был постоянно набит.
Хайдзаки же спокойно попивал содовую, с недоумением наблюдая за одичавшей девушкой.
- Сейчас будет!
Кивнув официанту, Коюми села обратно на стул, взглянула на парня, который, не отрываясь, смотрел на неё, и быстренько скрылась за меню. Создавалось впечатление, будто она нарочно это делает, лишь бы к разговору не переходить. Впрочем, если бы Хайдзаки хотел, он бы начал говорить, несмотря на поведение девушки. Но проблема в том, что он понятия не имел, с чего начать. До момента когда они уселись за столик, в баскетболисте буквально кипела решимость, а сейчас он был полностью растерян.
Но и сидеть тут до закрытия он не собирался. Отставив почти пустой стаканчик в сторону, Хайдзаки поддался вперёд.
- Эй, Накагава...
Его голос раздался, как показалось девушке, слишком близко, отчего она резко дёрнулась назад. Стул покачнулся, и вот уже Коюми распласталась на полу ногами кверху.
В помещении воцарилась тишина.
- Пф, - прыснул Хайдзаки, скрывая улыбку за кулаком. Затем встал из-за стола, подошёл к девушке, которая от смущения не знала, куда деться, и протянул ей руку. - Ну ты даёшь.
Когда она вложила в его ладонь свои пальчики, Хайдзаки крепко их сжал и одним рывком поставил девушку на ноги. Затем поднял стул.
Коюми, пряча глаза, отряхнула юбку.
- Это ты виноват.
Оба сели на свои места. Посторонние наблюдатели пошушукались чутка и вернулись к своим делам. И хотя внимание её скромной персоне больше не оказывалось, Коюми по-прежнему чувствовала себя не в своей тарелке. Хотелось спрятаться под столом.
- Я? - казалось, Хайдзаки искренне удивлён. На самом деле он продолжал смеяться.
- Ты, - сжала кулаки на коленях девушка. - Если бы ты так неожиданно не поддался вперёд, я бы не!..
- Кто ж виноват, что ты такая нервная? - перебил её Хайдзаки, ловя себя на мысли, что ему нравится их словесная перепалка. Раньше девчонка ему ничего не могла сказать в отместку, а теперь её язычок вон какой остренький.
Обидчиво надув щёки, Коюми вернулась к еде.
- Так о чём ты хотел поговорить? - буркнула она.
Хайдзаки отпил газировки.
- Не люблю повторять одно и то же и ходить вокруг да около. Скажи прямо, - он шумно выдохнул. - Давай встречаться.
У девушки изо рта аж лапша выпала. Вытерев губы салфеткой, она очумело посмотрела на парня, который был само спокойствие.
- Ч-Что? Я, кажется, ослышалась. Ты сказал?..
- Ага, предложил встречаться, - пожал плечами Хайдзаки. Сначала Коюми просто на него пялилась, ни слова не говоря, затем внезапно рассмеялась. Получилось громко, как истерика, потому она зажала рот ладонью, давясь от смеха. На её глазах выступили слёзы.
Хайдзаки предполагал такую реакцию, поэтому терпеливо, насколько для него это было возможно, ждал, когда девчонка придёт в себя. Вообще, ему хотелось покончить с этим поскорее, услышать от неё «да» и облегчить собственные страдания. Под страданиями подразумеваются плохой сон, ненужные мысли и несобранность. Ему надоело каждый раз ловить себя на мысли, что он хочет видеть её рядом с собой, вдыхать лёгкий пряный аромат её кожи и волос, чувствовать нежные прикосновения её рук. Он стал задумываться об этом уже через неделю после их разрыва, но тогда не предал этому особого значения. Старался вести привычный образ жизни, знакомился с другими случайными девчонками, но почему-то не ощущал прежнего азарта. Перепихон уже не приносил никакого удовольствия, от разрядки не было привычного облегчения, поэтому последний раз Хайдзаки занимался сексом почти месяц назад. В нём скопилось столько раздражения, усталости, нервов, что всё это отдавалось физической болью в его теле.
Ему хотелось решить все проблемы, связанные с Накагавой. Он больше не мог просыпаться посреди ночи в холодном поту, проживать день с полным бардаком в голове и с той непонятной болью в сердце. Хотелось бы списать это на хроническое, да только Хайдзаки и сам понимал, что дело обстоит куда сложнее.
Проклятье.
Он вляпался по-крупному.
И кто бы мог подумать, что в его мучениях будет виновата эта девчонка? Девчонка, на которую он поспорил с одноклассниками и которую грубо отшил?
Просто наказание судьбы.
Заметив, что Накагава уже больше не смеётся, а просто сидит с опущенной головой, Хайдзаки решил перейти в наступление.
Его опередила Коюми:
- Сёго-кун, - по его спину вниз прошлись мурашки - кроме неё, он никому не позволял себя так называть, потому что звучит слишком ванильно. - Ты хоть представляешь, как это выглядит?
- Бредово, знаю, - пожал плечами парень, покрутив между пальцев коктейльную трубочку. С тяжёлым вздохом он опёрся локтём на стол и положил подбородок на ладонь. - Но я говорю серьёзно.
- Тогда вот мой ответ - ни за что!
Вытащив деньги из кошелька, Коюми положила их на столик и, перекинув сумку через плечо, решительно двинулась в сторону выхода. Хайдзаки ошарашенно наблюдал за её манипуляциями.
«Ни за что!»
Её отказ яростно пульсировал в голове парня.
Она ему отказала? Ему?!
Выслушала бы хоть!
Сжав зубы, Хайдзаки вскочил с места и побежал за Накагавой. Ещё ни за какой девчонкой он не бегал, поэтому она обязана его выслушать!
... Не верится! Просто не верится!
Укутавшись с носом в шарф, Коюми быстро шагала в сторону дома. Сейчас её одолевало негодование. Чёрт её двинул идти куда-то с Хайдзаки. Чем она думала? Проклятье. Да когда он смотрит на неё, она вообще перестаёт думать. В этом можно признаться хотя бы самой себе. Но ведь прошло столько времени, почему она не смогла его забыть? Хайдзаки Сёго не тот человек, который будет любить искренне и от всего сердца. Какое сердце? У Хайдзаки его нет.
- Господи, - приостановившись, Коюми провела ладошками по замёрзшим щеками и вдруг почувствовала влагу. С удивлением она посмотрела на капли слёз, которые скатились по её пальцам. Девушка настолько углубилась в свои мысли, что не заметила, как начала рыдать. - Опять из-за него.
Она ведь говорила себе, что Хайдзаки не достоин её слёз. Так какого лешего сейчас плачет? Коюми ненавидела себя за эту слабость.
- Вот дурёха, - кто-то аккуратно взял её за подбородок. Свет фонарей ослепил, и девушка прищурилась, не успев разглядеть человека перед ней. В ушах стоял гул, поэтому голос она так же не смогла распознать. Получалось так, что сейчас её лицо от слёз вытирал неизвестный человек. Зато когда в нос ударил крепкий запах кофе, Коюми сразу догадалась, кто перед ней, и оттолкнула парня от себя. - Тц. Чего творишь-то?
Сверкая мокрыми глазами, девушка воинственно уставилась на Хайдзаки, который, скривив губы в ухмылке, спокойно стоял напротив.
- Никогда больше не подходи ко мне, - сдавленно прошептала Коюми.
- Когда это я тебя слушал? - хмыкнул баскетболист и стал медленно наступать на девушку. Коюми напряжённо следила за каждым шагом парня. Она не собиралась устраивать сцены на людной улице, но молча терпеть его выходки тоже не будет. Второй раз он не разобьёт ей сердце - Коюми не позволит. Когда Хайдзаки подошёл к ней максимально близко, его руки неожиданно обвились вокруг её талии и притянули к сильному телу. Его мощь девушка чувствовала даже через плотную одежду.
- Т-Ты что это делаешь?! - тихо прошипела Коюми, на её щёках вспыхнули розы.
- Хо-о-о, - довольно протянул Хайдзаки. Как он и думал, её румянец по-прежнему сводит его с ума и заставляет думать о страшных непристойностях. Указательным пальцем левой рукой баскетболист провёл по высокой скуле девушки, обвёл линию пухленьких губок и в шутку легонько ткнул в носик.
- Ай! - она недовольно потёрла нос. - От-Отпусти меня. Быстро.
- Не-а, - мотнул головой Хайдзаки и положил подбородок на макушку девушки. Раньше он часто так делал, и Коюми всегда таяла в его объятиях, желая, чтобы эти минуты никогда не заканчивались. Потом парень обнимал таким образом других девушек, но странно, ни одна не вписывалась в его объятия настолько идеально, как Накагава. Его это жутко бесило, ведь отношения с ней он считал пройденным этапом. Сейчас он был рад снова почувствовать её около своей груди. Чуть отстранившись, Хайдзаки скользнул взглядом по красному лицу Коюми, которая, казалось, перестала даже дышать, и издал смешок. Пусть говорит, что хочет, но она почувствовала то же самое, что и он.
- Всё? - хмуро спросила Коюми. - Теперь я могу идти?
- Я хочу ещё погулять, - его пальцы спустились к пальчикам девушки и крепко сжали их. Крепко, но не настолько, чтобы причинить боль. Хайдзаки старался контролировать свою силу.
- Думаю, найдётся много желающих...
Он не стал её слушать и перебил:
- С тобой.
Её глаза широко распахнулись, губы дрогнули, и Хайдзаки легко догадался, что его слова ей приятны.
- О, - он заметил, что её шарф чуть съехал. - Погоди чуток.
Она с замиранием сердца ждала, когда он закончит поправлять её шарф, как вдруг его руки замерли. Коюми не понимала, в чём дело, пока Хайдзаки не провёл холодным пальцем по линии её шеи. Что-то неприятно кольнуло в районе плеча, и девушка вспомнила, что там такое.
- О-о-о. Так вот чего ты постоянно упрямилась, - низким голосом сказал баскетболист, натянув шарф девушке до подбородка. - У нашей скромницы появился парень.
- Н-Нет! Это...
Она растерянно бегала глазами, не зная, как лучше объяснить. А потом опомнилась: с какой стати она должна оправдываться перед человеком, у которого у самого на стороне с десяток пассий?
Внезапно её шарф намотали на кулак и дёрнули. Коюми едва устояла на ногах, при этом впечаталась лицом в грудь Хайдзаки. От него исходила угроза.
- Я пришёл сюда не для того, чтобы мириться с твоим любимчиком. Ясно? Я готов быть только твоим, но взамен прошу того же, - последние слова он процедил сквозь зубы как можно тише.
«Только моим?»
Коюми не успела об этом подумать, потому как её схватили за плечи и буквально вырвали из цепких лап Хайдзаки.
- Ну и ну. Нельзя так обращаться с девушкой.
Этот голос!
Оглянувшись, Коюми встретилась взглядами с Ханамией, который сразу посмотрел на Хайдзаки.
- Убери от неё руки, - прорычал последний, пока не двигаясь с места.
- Зачем? - вскинул брови Ханамия, нагло улыбаясь. Его тонкие ледяные пальцы двинулись вверх, поддели шарфик и опустили его вниз, демонстрируя достижения. Этот жест был более чем понятен. Хвастается своими достижениями. Это жутко бесило Хайдзаки.
Коюми же, вздрогнув от прикосновения парня, отскочила в сторону, спешно поправляя шарф. На её глаза набежали слёзы. Эти двое просто невыносимы. Обращаются с ней, словно с куклой, не жалея её чувств.
- Что-то не так, Ко-тян? - проникновенным голосом спросил Ханамия, делая шаг к ней, но остановился, когда девушка вскинула перед собой руку.
- Ко-тян? - скривился Хайдзаки, всем своим видом показывая, что думает об этом.
- Н-Надоело, - шмыгнула носом Коюми. - Оба осточертели. Я вам не игрушка! - сжав кулачки, выкрикнула девушка и тут же прикусила нижнюю губу. Верно. Вокруг много народу, не стоит устраивать сцены на глазах у всех. Поправив сумку на плече, Коюми развернулась к парням спиной. - Мне пора.
- Эй, Накагава, - остановил её голос Хайдзаки. Не задумываясь, она остановилась, не понимая, что с ней такое. Мотнув головой, отчего на шапке забавно дёрнулся помпон, девушка побежала прочь отсюда. - Тц.
Сунув руки в карманы куртки, Хайдзаки хмуро глянул на Ханамию. Последний тоже посмотрел на него.
- Не приближайся к ней, - прорычал, как зверь, Хайдзаки и двинулся в другую сторону, не собираясь дожидаться ответа. От него исходила аура ярости и решительности.
Ханамия проводил соперника ледяным взглядом, который позже перевёл туда, куда ушла его наивная девочка.
- Ненавижу проигрывать, - облизнул в предвкушении губы баскетболист, настраиваясь исключительно на победу. Эта милашка принадлежит только ему, а если у кого-то есть сомнения, Ханамия с удовольствием их разрушит.
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1118-969.html
Прoкoммeнтировaть
Тест: Для меня |Kuroko no Basuke| Где-то совсем рядом~ Ed Sheeran... bommiecu 19:44:50
­Тест: Для меня |Kuroko no Basuke|
Где-то совсем рядом~


­­

­­


Ed Sheeran - Perfect



«... У каждого человека так: ты можешь получить что-то особое от судьбы только в какое-то определённое время своей жизнь. Это - будто крошечный язычок огня. Люди осторожные, внимательные и удачливые способны его сберечь... Но если хоть раз его потеряешь - больше он к тебе никогда уже не вернётся»
- Ах, какие жизненные слова, - тяжело вздохнула Цубаса, прижимая книгу к своей груди. Она любила произведения Харуки Мураками всей душой, потому что в них была вся правда жизни, вот как она есть. Даже самое элементарное писатель умел передать красивыми словами, которые трогают читателя за душу. Так однажды Цубаса полчаса рыдала над концом книги «Хроники Заводной Птицы», пока не закончились салфетки, а мать с отцом не подняли тревогу. Поэтому чтобы такого больше не повторялось, девушке пришлось учиться контролировать свои эмоции. Было трудно, но она справилась.
Вдруг будильник, стоящий на прикроватной тумбочке, издал короткий сигнал. Время - семь часов вечера. Нужно было идти ужинать и заняться уроками. Цубаса жалобно посмотрела на книгу.
«Ладно, ещё пару страничек, и пойду»
Только она облокотилась о спинку кровати, только открыла произведение, как в дверь комнаты кто-то скромно постучал. Недовольный взгляд девушки сразу метнулся к двери. Если это брат, Цубаса была готова послать его далеко не литературными словами.
- Танака, ты не занята?
Этот голос - за дверью стоял Касамацу!
Подскочив с места и едва не запутавшись в одеяле, Цубаса подбежала к шкафу, спрятала книгу на полке между полотенцами и вернулась обратно в постель, укутавшись до подбородка. Вовремя. В этот момент дверь отворилась, и на пороге появился Касамацу.
- Опять бездельничаешь? - устало вздохнул парень, закрыл за собой дверь и прошёл в комнату. Его взгляд неодобрительно прошёлся по бардаку, который девушка успела устроить, а ведь он только вчера заставил её убрать с пола разбросанные вещи. Скинув сумку с плеча, Касамацу поднял журналы, комиксы, какую-то брошюру и положил это всё на рабочий стол. - Сколько раз говорил, научись следить за порядком.
- Бу-бу-бу, - передразнила его Цубаса и улыбнулась, когда парень стрельнул в неё раздражённым взглядом. Тут она заметила, что он до сих пор в школьной форме. - А? Ты только из школы?
- С тренировки, - уточнил Касамацу, разглядывая беспорядок на полках. - Скоро у нас товарищеский матч с другой школой, вот и работаем.
Подойдя к кровати, парень присел на самый краешек и замолчал. Не то чтобы это молчание напрягало Цубасу, но ей совсем не нравились те мрачные взгляды, которыми Касамацу её удостаивал.
- Что-нибудь не так?
- Встретил сегодня я твоих одноклассников по дороге сюда, - медленно начал рассказывать парень, якобы не замечая, что Цубаса ещё больше укуталась в одеяло. Теперь одна макушка торчала. - Мне сказали величайшую глупость, мол, Танака сегодня в школе не появлялась... - его глаза яростно сверкнули. - Как прикажешь это понимать? - угрожающе прорычал Касамацу, сдёргивая одеяло с девушки. Та забилась в дальний угол кровати и дрожала, глядя на рассерженного парня. - Мы же вместе шли утром! И у вас сегодня была важная контрольная по истории. Как собираешься программу нагонять?
- Ну-у-у, ты же поможешь мне, Юкио-кун? - жалостливо протянула Цубаса, делая щенячьи глазки. Она очень хорошо знала этого человека, он не сможет устоять. И правда, сжав зубы и не зная, куда деть глаза, Касамацу, в конце концов, тяжело вздохнул. Девушка довольно хмыкнула - в таких делах он предсказуем. Достав из сумки тетрадь, парень положил её перед Цубасой.
- Держи. Всё перепиши до завтра, - недовольно буркнул Касамацу, наблюдая за девушкой, которая восторженно листала конспекты. - Твоё счастье, что мы проходим одну программу.
- Верно, - счастливо кивнула Цубаса. - Эх, жаль, что мы в разных школах, Юкио-кун.
- Не сказал бы, - нервно ухмыльнулся парень, и в ту же секунду ему в затылок прилетела подушка. - Эй! Чего творишь?!
- Я случайно, - невинно улыбнулась она, и Касамацу, не в силах устоять перед её честнейшим взглядом, проглотил обиду. В мыслях он уже открутил ей голову: если бы не её детское очарование, ни одна из выходок не сошла бы ей с рук. Покачав головой, Касамацу поднялся на ноги.
- Ладно, мне пора, - он поднял с пола сумку, перекинул её через плечо и направился к выходу. - Ты это, возьмись уже за учёбу. Прогулы до добра не доведут, да и своим родителям нервы сбережёшь. Уж молчу про себя, - намного тише добавил Касамацу.
- Обязательно. Спасибо! - махнула ему на прощание рукой Цубаса, а когда парень вышел из комнаты, подбежала к двери и, прислонившись ухом, с замиранием сердца слушала, как баскетболист прощается с её родителями, затем хлопнула входная дверь. Прижав к груди тетрадь парня, Цубаса в прыжке рухнула на кровать и мечтательно улыбнулась. Она вдохнула полной грудью запах его парфюма. Наверное, теперь окна никогда не откроет, чтобы запах Касамацу не пропал. Отложив тетрадь, девушка взяла из тумбочки мобильный телефон, написала сообщение «Привет! Только что приходил Юкио-кун!» и отправила по нужному адресату. Спустя долгую минуту пришёл ответ «А мне какая забота? Прогульщица». Нахмурившись и цокнув языком, Цубаса решила ничего больше не писать этому грубияну, чтобы не портить себе настроение, и убрала телефон обратно. С глуповатой улыбкой девушка раскинулась поперёк своей кровати и с именем любимого человека так на губах так и уснула.
Ближе к десяти вечера телефон на тумбочке завибрировал, на экране высветилось сообщение от человека по имени Маюдзуми: «Завтра не придёшь - закопаю заднем дворе школы. Доброй ночи»
... Чувствуя себя полностью разбитой, Цубаса шла в школу, позевая во весь рот. Честно сказать, она сначала думать пропустить занятия, но увидела недоброе сообщение от Маюдзуми и в миг передумала. Она-то знала, каким сложным характером обладает этот человек, не дай бог, реально похоронит во дворе школы. Проходя школьные ворота, Цубаса вдруг приостановилась.
- И тебе доброе утро, Маюдзуми, - улыбнулась она и резко обернулась к человеку, стоящему позади неё.
- Тц. Терпеть не могу, когда ты так делаешь. Если заметила, говори сразу, не тяни резину, - огрызнулся парень и прошёл мимо одноклассницы.
- Всё пытаешься застать меня врасплох? - ехидно улыбнулась Цубаса, чуть наклоняясь вперёд, чтобы перехватить взгляд Маюдзуми. К слову, взгляд у него был совсем не добрый. - А я ведь всегда знаю, где ты появишься.
У парня нервно дёрнулись уголки губ. Эта девчонка его жутко раздражала, но по каким-то непонятным ему причинам он продолжал с ней общаться. Наверное, ему было с ней немного интересно, когда она не затрагивала личные темы. В такие моменты Маюдзуми едва себя сдерживал, чтобы не сказать однокласснице пару ласковых. Но ей, похоже, нравилось его доводить до ручки. Так однажды по её вине он кинул в неё свой любимый том рассказов, а эта зараза уклонилась, и книга вылетела с крыши. Маюдзуми заставил её купить ему другую книгу, а когда Цубаса её принесла на следующий день, чуть не взорвался. Она купила книгу с кулинарными советами. На его возмущения ответила тем, что он не уточнял, какую именно книгу нужно было купить, за другой не пойдёт, мол, не наследница миллиардного состояния. Тогда-то Маюдзуми понял, что связываться с этой девчонкой себе дороже. Поэтому он позволил ей виться вокруг себя, лишь бы проблем не доставляла.
По его хмурому задумчивому взгляду Цубаса сразу догадалась, о чём он думает. Снова тешит себя мыслью, что это она хвостиком за ним бегает. Наивный дурачок, хихикнула в кулачок девушка.
- Чего смеёшься? - недовольно пробасил Маюдзуми, заходя в класс первым. Даже в таких мелочах он старается быть впереди девушки. Вдруг на неё налетает одна из одноклассниц, тетради вываливаются у неё из рук. - Эй, смотреть надо, куда идёшь.
- П-Простите! - пискнула она, быстренько всё подобрала и убежала.
Вернув внимание на Цубасу, парень заметил, что она неодобрительно качает головой.
- В чём дело?
- Маюдзуми, ты самый настоящий грубиян, - выдохнула девушка, присаживаясь за свою парту. Кстати, сидели они рядом. - Ничего удивительного, что люди отшатываются от тебя как от прокажённого. Ты ж одним своим взглядом всем смерти желаешь.
- Не говори ерунды, - оскалился Маюдзуми, на что Цубаса одарила его скептическим взглядом. Что ж, признал он, возможно, она в чём-то права. Однако кое-что тогда не сходится. - Чего же ты за мной бегаешь, если я такой страшный?
- Ну-у-у, - девушка задумчиво приставила указательный палец в подбородку, выждала около минуты и вдруг хлопнула в ладоши. - Потому что ты даёшь мне списывать на алгебре?
Тишина.
- Вот как... Ясно, - безразлично протянул Маюдзуми и отвернулся к окну. Честно сказать, другого ответа он не ожидал. Что в баскетболе, что здесь, с ним общаются только потому, что это выгодно. Он привык к такому отношению со стороны товарищей по команде, но почему-то от слов Цубасы ему стало очень неприятно. Злость дрожью прокатилась вниз по позвоночнику.
- Купился?
Раздался насмешливый голос. Глаза Маюдзуми ошарашенно распахнулись. Он посмотрел на девушку, которая широко ему улыбалась.
- Что?..
Она скривила губы в доброй усмешке.
- Это правда, я очень благодарна тебе за то, что ты выручаешь меня с уроками. Но общаюсь я с тобой по другой причине, - интригующе сверкнув глаза, сказала Цубаса и только собралась продолжить, как в класс вошёл учитель. Маюдзуми ещё никогда никого так не проклинал. Весь урок он пялился девушке в спину, будто бы не догадываясь, какой дискомфорт доставляет, и размышлял над её словами. Она сказала, что общается с ним по другой причине. Что это за причина? И почему именно он? В отличие от баскетболиста, Цубаса может похвастаться приветливым характером, поэтому от недостатка друзей не страдает. К ней подходят с просьбами, за советами, её приглашают прогуляться или помочь в каком-нибудь клубе. Маюдзуми не мог понять, какой ей толк общаться с ним, с человеком, который, наоборот, хочет отгородиться от лишнего шума. Однако раньше этот вопрос не всплывал.
Когда прозвенел звонок на перемену, Маюдзуми надеялся продолжить их разговор, но девушку перехватили одноклассники. Им так и не удалось толком поговорить на протяжении всего учебного дня. После уроков, перекинув сумку через плечо, Маюдзуми направился в спортзал, сейчас по плану должна проходить тренировка в баскетбольном клубе.
- Маюдзу-у-у-уми! - со спины на него, словно маленький ураган, кинулась Цубаса, обвив крепкую шею парня своими ручонками. - Испугался? - хитро улыбнулась она, спрыгивая с него. Цокнув языком, баскетболист потёр ладонью шею - чертова девчонка чуть не задушила. Такая миниатюрная, а силы не занимать. - Ну что? Признайся, ты этого не ожидал!
- Не ожидал? - с насмешкой повторил Маюдзуми. - Ты топаешь как слон, так что заметить тебя проще простого.
- Что-о-о-о?! - возмущённо вскрикнула девушка, заставив одноклассника поморщиться. Всё-таки иногда ему следует держать язык на замке. Сейчас она начнёт кидаться язвительными ответами, не остановишь. Но, вопреки его мнению, Цубаса только шумно выдохнула и подняла на парня уже спокойный взгляд. - Отложим на потом. Ты сейчас в баскетбольную секцию?
- Да, - обходя одноклассницу, сказал Маюдзуми. Хмыкнув, Цубаса догнала парня и пошли с ним нога в ногу.
- Я с тобой, - хихикнула она. Баскетболист никак не отреагировал. - Если сегодня покажу себя с лучшей стороны, стану менеджером команды.
Не успела она закончить предложение, как Маюдзуми встал как вкопанный. Ничего не понимая, Цубаса удивлённо посмотрела на, казалось,